Константин Бояндин - Шамтеран I - Ступени из пепла, часть 2 глава 6

Константин Бояндин - Шамтеран I - Ступени из пепла, часть 2 глава 6

Часть 2. Глава 5. Неприятный разговор | Ступени из пепла (оглавление) | Часть 2. Глава 7. Стены чужого дома

2.6. Вкус соли

Весь путь в аэропорт Лас молчала. Хеваин извинился, зашёл в небольшой магазинчик в здании аэропорта – купить запасные кассеты и аккумуляторы. Лас последовала за ним, не издавая ни звука. Звонок Майтенаринн – и через десять минут все вопросы въезда-выезда были решены. Вопросов им не задавали, стали необычайно почтительны. Хеваина это смущало, Лас-Таэнин – немного утомляло. Она, не без опасения, ждала расспросов. Но Хеваин ограничивался только простыми репликами – всякий раз спрашивая, нет ли у его спутницы каких-либо пожеланий.
Лас-Таэнин никогда не летала самолётами. Если честно, ей было немного страшно. Но Хеваин только посмотрел ей в глаза и ответил, без капли насмешки.
— Я догадываюсь, тахе-тари. В первый раз всегда страшновато. Если что-то потребуется, прошу вас, тут же говорите.
Ласточка кивнула. И молчала всю дорогу. Хеваин общался за неё – персонал самолёта вопросов не задавал. Одежда спутницы Хеваина была достаточно красноречива, равно как и выездные документы, заверенные Утренней Звездой Тегарона.
Через три часа «Сокол» приземлился в аэропорту Тан-Каоти, большом городе, столице давнего союзника Тегарона по множеству войн, республики Каоти. Полчаса езды в порт.
— Нет, – Ласточка неожиданно потянула Хеваина в сторону от причалов, где стояли, готовые устремиться куда угодно, серебристые «Молнии». – Не на этих.
Хеваин был в растерянности. Море было спокойным, но прогноз обещал через девять часов начало волнения, до трёх баллов. Что задумала Лас? Пойти к острову на парусном судне? По пути черноволосая зачем-то затащила Хеваина в одну из забегаловок и шепнула, чтобы он взял пива. Указала, какого. Хеваин стоически вытерпел – пиво было омерзительным. Опять же, по указанию Лас, оставил треть кружки недопитой, бросил в неё крохотную медную монетку – часть сдачи.
В конце концов, они отошли к самым дальним пирсам, и Хеваин стал даже опасаться за их жизни. Очень уж здесь было не по себе. И «Скорпион», который ему выдали, не казался достойной защитой.
Минут через сорок откуда-то со стороны города, из-за спины, послышался голос. Тегарский, с необычным акцентом.
— Я ждал не вас.
Ma es matafann ka, – тихонько пропела Лас, извлекла «конька» и подняла над головой. – Vinnt adva Aef-tan Mense.
Es foar tan es mare, – отозвался голос и перед путешественниками возник человек лет сорока, едва выше ростом Лас-Таэнин, явно моряк – одеждой и походкой. – Значит, это правда, – продолжил он на Ронно.
— Em suant Taegaro? – поинтересовалась Ласточка.
— Тегарский? Знаю, но плохо, теаренти, госпожа, – наклонил голову их новый знакомый. – Дайнакидо не сможет прийти?
— Я буду переводить, – шепнула Лас-Таэнин молча наблюдающему Хеваину. – Duamt Ronno, tara ei, Ves Ronno eisa.
— Слушаюсь, теаренти.
— Дайнакидо-Сайта эс Фаэр умер, – Лас склонила голову. – Нам нужна помощь. Нам и той, которой он оставил это, – она ещё раз показала камень-талисман.
— Да избегнет Пучины, – их новый знакомый встал на колено и поднялся. – Идёмте. Клятва Восьми не разрушается смертью. Я в вашем распоряжении.

- - -

К великому изумлению Хеваина, их новый знакомый (имени он не назвал и Лас пояснила, что так и должно было быть) предложил взойти на борт «Дельфина» – вполне современного, быстроходного корабля. Лас сообщила, каким временем они располагают. «Капитан», как мысленно называл его Хеваин, кивнул, посмотрел на карту и ответил.
— Четыре часа ходу, теаренти. Я знаю этот островок. Он давно уже необитаем. Проклятое место.
— Четырнадцать лет и три месяца? – спросил Хеваин. Лас перевела вопрос.
— Да, – согласился «Капитан». – Откуда вы знаете, теариан?
Хеваин прижал ладони ко рту. «Капитан» кивнул.
— Понимаю. Что ж, я редко ошибаюсь в людях. Вы несёте надежду, хотя я не знаю пока – кому. Отчаливаем через десять минут.
— ...Мне можно вести съёмки? Звонить? – шёпотом спросил Хеваин. Лас кивнула.
— Я скажу, когда будет нельзя, – пояснила она. – Пожалуйста, выполняйте мои указания сразу же. Это важно.
— Слушаюсь, тахе-тари. Я позвоню Май, что мы отправляемся.

* * *

Май почти безразлично подписала бумаги, дающие экспертам ММТ право на исследование телефона. Глава корпорации, Эстеремаи Таккуар-Та оказалась высокой, длиннолицей, желтоглазой, с короткими волосами снежно-белого цвета. Неожиданно худощавой, если не сказать – тощей. Едва Майтенаринн, в диадеме Утренней Звезды, вошла в «склеп», Эстеремаи изменилась в лице и глубоко поклонилась.
— Мой сын рассказывал о вас, Светлая, – произнесла она, продолжая держать голову склонённой. – Я не поверила ему. Теперь – верю.
Май, ощущая бесконечную усталость, прикоснулась к её щеке.
— Не спрашивайте, откуда у меня это, – попросила Майтенаринн, когда немного ошалевшие эксперты ММТ были выпровожены в соседнюю комнату, где к их услугам было достаточно аппаратуры. Вдобавок, охрана Университета и следящие камеры Чародея. – Я не смогу ответить.
— Я не стану спрашивать. Мой сын работает в одном из самых перспективных наших отделов. После визита в Тегарон... два дня назад, ему пришло в голову множество странных, я бы сказала -- бредовых идей. Он утверждал, что взгляд на вас помог ему... придумать всё это. Я только что увидела то, что ему привиделось, Светлая.
— Расскажите, прошу вас, – предложила Светлая, когда их с Эстеремаи и её секретарём препроводили в комнату совещаний, для особо важных гостей. – Расскажите, зачем ваш сын... удостоил нас визитом.
— Увидеть вас, Светлая, – почтительно ответила Эстеремаи. – Прошу вас о снисхождении... я считала рассказы о Тёмной луне вымыслом.
Май не подала вида.
— За последнюю неделю многое из вымысла стало явью. Расскажите мне о вашей стране.
Эстеремаи кивнула. Она была настолько робкой... что Майтенаринн не могла поверить, что сидит бок о бок с «акулой», одной из тех немногих, что полностью определяли, какими технологиями, в какой мере и кто именно на планете будет располагать. Не все осмеливались перебегать ей дорогу.
Она рассказывала. Светлая слушала её с пристальным вниманием, задавала вопросы, никоим образом не относящиеся к самой Эстеремаи или её детищу, ММТ.
— Я прошу меня извинить, тахе-тари Эстеремаи, – произнесла Светлая, вставая. – Могу ли я поговорить с вами немного наедине?
Они отошли, оставив секретаря одного, у множества почти нетронутых блюд и бутылок.
— Прошу сообщить вашему сыну, что путь, которым он улучшает развёртку, тупиковый. Если ему интересно, я сообщу подробности, – заметила Светлая. Эстеремаи потребовалось немало усилий, чтобы выслушать это, не потеряв самообладания.
— Если он взамен обратит внимание на интерференцию в фантомных контурах, ответственных за согласование частот – подробности сообщу при необходимости – то через три-четыре года вас ожидает серьёзный прорыв.
Выдержка изменила «акуле».
Майтенаринн улыбнулась.
— Никаких чудес, тахе-тари. Я не всезнающа. Но я и не глупа. Я вижу то, что другие не в состоянии заметить – если те, кто говорят со мной, искренни. Благодарю вас за искренность. И...
Наклонившись, почти касаясь своей щекой щеки побледневшей Эстеремаи, Светлая что-то тихонько прошептала.
— Я бы не стала медлить с лечением, – добавила она. – Если желаете, могу порекомендовать врачей.
— Но... Светлая... прошу вас... – простонала собеседница.
— Всё, что здесь было произнесено, останется тайной. Если только вы не пожелаете поведать об этом кому-нибудь ещё. Слово. Нет, – Майтенаринн взяла Эстеремаи за руку, не позволяя ей упасть на колени. – Прошу вас, не надо.
Они раскланялись.
— Буду рада встретить вас на праздновании Возрождения, – добавила Май, вспомнив письмо Её Превосходительства. – Если вы сочтёте это достойным вас.

- - -

— ...О чём вы с ней говорили? – поинтересовался Чародей, когда, выпроводив людей из ММТ, он зашёл в «чайную». – У неё был такой вид... Словно на неё снизошло озарение.
— Снизошло, – кивнула Майтенаринн равнодушно. – Такое, небольшое.
— Королева, – Саванти откашлялся. – Не мне советовать, но не суйся в политику и экономику. Съедят и не подавятся.
Майтенаринн улыбнулась краешками рта.
— Небольшое чудо, – пояснила она. – Совсем небольшое. Я ничего не просила взамен. Я только помогла ей кое-что увидеть, и она поняла меня. В конце концов, – Майтенаринн поднялась на ноги, – это она пришла к нам.
— Котёнок, – Реа встала из кресла, отложила книгу в сторону. – Что ты будешь делать, если они будут идти одна за одной? А ведь они могут пойти.
— Смотреть им в глаза, – пожала плечами Майтенаринн. – Пусть увидят то, что должны.
Реа кивнула.
— Да, что-то в этом есть. Ну ладно. Надеюсь, ты знаешь, что делаешь.
— Десять часов, – заметил Чародей. – Пойду-ка я спать. Спасибо, тахе-те, это было здорово.
— Май, – позвала Реа-Тарин, – тебе тоже надо бы выспаться. Вестей от Лас может не быть долго.
Майтенаринн кивнула. Да. Глаза уже слипаются.
— Я провожу вас, – предложил Чародей.
Май согласилась.
— Давай, рассказывай, – велел Саванти, когда они ушли. – Ты что-то хотела рассказать. Не при ней. Сразу скажу: мне это не нравится.
Реа долго думала.
— Хельт эс Тонгвер мёртв, – сообщила она.
— Я в курсе, – Саванти потёр глаза ладонями.
— Ну, знаешь!
— Нет, Тигра, – Саванти поднял руки. – Я не могу сказать ей. Она надеется, она не готова остаться без прошлого. Я не смогу. Ей – не смогу. То, что от него осталось там, под Северным домом...
Реа-Тарин долго смотрела на него. Помахала полученным от Хеваина конвертом.
— Ани, Хельт эс Тонгвер умер четырнадцать с небольшим лет назад.
Саванти онемел.
— Хеваин нашёл документальные подтверждения. Известно, где его могила. Майтенаринн никогда не сообщали об этом.
Саванти ощутил, что ему становится страшно. Страх был иррациональным. Там, в камере смертников, страха не было. Было всего лишь ожидание неприятного и неизбежного.
— Возможно, удастся получить разрешение на изучение останков и маркерный анализ. Я склонна доверять Хеваину. Его вид... он явно был расстроен. А теперь скажи, ты сможешь рассказать ей об этом?
Саванти вскочил. Прошёлся от одной стены к другой.
— Этого не может быть! Ты это знаешь!
— Да. Тёмной луны не могло быть. Жёлтых таблеток не могло существовать. Её телефон ещё не изобрели. Знаешь, что? У неё ещё есть «Скат». Мина, которая валялась у неё под кроватью. И, к слову, куда ты спрятал её таблетки – те, что дал ей дядя? Во флаконе из-под дезодоранта?
— В сейф, – мрачно отозвался Саванти. – Я не знаю, откуда они... но... то, что они делают...
Тигрица расхохоталась.
— Мне не смешно, Тигра, – сообщил Саванти.
— Мне тоже. Но всё это – перед нами. Так что с её дядей? Будем говорить?
— Если спросит, – проворчал Саванти. – А до той поры – нет, я не хочу.
— Всё, договорились, – Реа-Тарин встала и потянулась. Жутковатое зрелище. – Я тоже хочу выспаться. Ступай-ка и ты на боковую.
Саванти отмахнулся.
— Мне теперь не уснуть. Посижу, мне есть, чем заняться.

* * *

Странно. Я дошла до апартаментов, и тут позвонил Хеваин. Они сумели найти транспорт. Что-то было в голосе Хеваина, что-то тревожащее, но я не стала расспрашивать. Пожелала удачи и легла на кровать, не раздеваясь.
Но мне не спалось. А надо уснуть, завтра много дел. Дядя, где ты? Оставь мне весточку. Просто скажи, что ты жив. Я буду ждать, сколько потребуется. Кто ещё сможет рассказать мне о прошлом? Всё, что у меня есть – обрывки воспоминаний. И то я не знаю, много ли там истины.
Тётушка... зачем вы так? Знать бы.
Ну, Май – вспоминать о покойниках ночью! Постарайся уснуть.
Я попыталась. Но сон не шёл. Во всяком случае, мне не было страшно оставаться одной.
И не потому, что в коридоре теперь постоянно дежурила охрана.

* * *

«Капитан» пригласил их в рубку примерно через час. Хеваин увлечённо снимал окрестности, Архипелаг Ронно действительно был красив даже в здешней, необитаемой, части. Лас просто стояла и улыбалась. Хеваин ощущал, что черноволосой сейчас хорошо и спокойно. Отчего – предпочитал не спрашивать.
— Я не люблю донимать людей разговорами, – начал «Капитан». – Теаренти, Голова – плохой остров. Трижды в год его трясёт. Все ураганы Империи теперь проходят над ним – во благо Роан, в других местах теперь спокойнее. Что вы хотели там увидеть?
— Я не знаю, – спокойно отвечала Лас. – Нам сказали, что там может быть ключ к тайне. Даже если остров необитаем и разрушен, мы должны его увидеть.
— Ваше право, – кивнул «Капитан». – Мы подойдём с юга, там, где был маяк. У вас будет около двух часов. Потом надо будет уходить, «Махени» торопится сюда, кровожадная ведьма.
Хеваин вздрогнул.
Осматривать остров ночью... Да. Отличная перспектива. Правда, луна на небе, но... Хеваину отчего-то было не по себе. А ведь Гражданская казалась ему подлинной преисподней. И пещер он повидал немало, подземелий, кладбищ. Но отчего-то покинутый всем живым остров уже вызывал тревожные предчувствия.

* * *

Писк поднял меня. Нет, плохая идея – спать одетой.
Я бросилась к терминалу. Лас?
Как же.
В разделе, где накапливалась почта, горела яркая надпись.
«Дешифровка».
Прошло три минуты.
«Текстовая версия готова».
Я дотронулась до сенсора, ощущая, как бьётся сердце.
«Королева, мне страшно. Я должна тебя увидеть. 525, как можно скорее».
Кто это? Почему у меня мурашки ползут по коже?
Щелчок. Открывается небольшое окно, видеосвязь. Чародей.
— Тахе-те, даже и не мечтайте.
— Знаете, Масстен!
— Знаю. У нас и так серьёзные неприятности, тахе-те. Мы пытаемся отыскать решение. Этот звонок только усугубляет картину. Я уже отправил туда наблюдателей. Через три минуты будут на месте.
— Что за неприятности?
— Об этом позже. Проиграть вам первоначальное сообщение? Оно уже обезврежено. Хотите? Или лучше зайти ко мне в лабораторию?
— Давайте, включайте.
— Надеюсь, у вас крепкие нервы. Слушайте.
Открылось ещё одно окно и поползла частотная кривая. И я услышала... лучше бы я не слышала.
— Королева (тяжёлое дыхание), мне страшно. – Пауза. – Я должна тебя увидеть (в голосе паника). 525, как можно скорее.
Первая фраза была произнесена голосом покойной тётушки. Далее тембр стремительно превратился в мой. Последние два слова вновь произнесла тётушка, почти истерически.
Я так и села, прямо на пол.
— Майтенаринн?
Я с криком вскочила, оглянулась. Померещилось, что тётушка шагнула ко мне из воздуха.
— Майтенаринн, это Масстен. Извините. Лучше было всё-таки зайти ко мне в лабораторию.
— Кто это, Масстен?
— Не знаем пока. Ребята уже на месте, но там – пусто. И вокруг пусто. Подождём какое-то время, подальше от дерева.
— Тётушка... она точно мертва?
— Абсолютно. Но мог остаться кто-то, кто «сорвался с петли». Такие обычно быстро погибают, но некоторое время могут действовать. Понимаете, почему я так вчера испугался?
— Да, Чародей. Извините.
— Не нужно извиняться. Прошу вас, займитесь чем-нибудь. Не пытайтесь уснуть. Если хотите, я вызову Реа или Скорую...
— Не нужно. Я справлюсь.
— Если будут новости, я вызову.
Отбой.
Я включила телевизор... и выключила. Нет. Мне теперь повсюду будет мерещиться этот голос. Лучше просто музыку. А ещё лучше – перебрать бумаги. Завтра я собираюсь посетить кое-кого из своего дома. Понять, что там у нас с финансами.

* * *

— Тахе-тари, – обратился Хеваин, когда остров был на расстоянии полмили. – Я могу высадиться один. Я вижу, вам не по себе.
— У меня скверные предчувствия, – отозвалась черноволосая. – Но я справлюсь. Нет, таха-те, это страх, который необходимо встретить и отпустить. Понимаете, о чём я?
— Не вполне.
— Мне казалось, что я видела этот остров во сне. Последние несколько раз – пока дежурила возле Май... до Тёмной луны. Если я сейчас сдамся, остров будет преследовать меня. Такое уже было. Я обязана появиться там.
Хеваин кивнул.
— И прошу вас... таха-те. Постарайтесь, чтобы я не попала в кадр, пока мы будем там, наверху. Это важно, для меня. Это проклятое место.
Хеваин кивнул ещё раз.

* * *

Через час Чародей постучался ко мне сам.
Вид у него был измученным.
— Извините, тахе-те. Не удастся сегодня отдохнуть, как следует. Мы видели ту, что оставляла сообщения. Но упустили.
— Как... упустили?
Масстен развёл руками.
— Вот всё, что удалось записать. Следили с большого расстояния. Смотрите.
Один из ресторанов. Много народу. Камера держит в фокусе женскую фигуру... в тёмном плаще, в капюшоне – ну да, на улице дождь, а на веранде снимать плащ не обязательно. Сидит. Похоже, нервничает.
Официант подошёл к ней. Что-то передал. Она кивнула, последовала за ним.
Оператор, похоже, рискнул подойти ближе к ресторану. Изображение было неустойчивым – ветер?
Фигура замерла. Словно ударилась о стену. Официант отступил. За его спиной стоял другой человек – бармен? С телефонной трубкой в руке.
— О нет... – прошептала я. – Только не это.
Фигура взяла трубку, откинула капюшон... Молча что-то выслушала. Вернула трубку бармену, тут камера дёрнулась. Когда фокус был пойман повторно, никого рядом со стойкой уже не было.
— Оператор сообщил, что именно в этот момент ему стало немного дурно. Но удалось частично восстановить изображение.
Масстен пробежался по сенсорам.
Изображение возникло во весь экран.
Женское лицо, молодое, с одеревеневшими чертами, с совершенно пустыми и холодными глазами.
Моё лицо.
Чародей смотрел на меня. Вид у меня был, наверное, ужасным.
— У бармена и официанта – явные признаки «петли», – мрачно добавил Масстен. – Когда хозяин, «пси», погибает, это – как наркотическая «ломка». Человек быстро сходит с ума или умирает от внешне естественных причин. Куда делась девушка, мы не знаем.
— Боюсь, её уже нет в живых.
— Есть такое предположение, – согласился Масстен. – Плащ обнаружили поблизости от набережной. Будем искать тело, хотя это безнадёжно. Маркерный след совпадает с тем, что был на камне... на «морском коньке». Я сел в колоссальную лужу, Майтенаринн. Вот...
Он положил на стол ещё одного «морского конька».
— Официант передал ей это. Она выронила его там же, у стойки.
— Она подумала, что звоню я, – ещё одной ниточкой меньше. – Потому и подошла к телефону.
— Да, тахе-те, несомненно, – Чародей опустил голову.
Я встала у окна.
— Сколько времени... длится эта «ломка»?
— Не более трёх дней. Послезавтра, самое позднее, последние «висельники» уже не будут опасны.
Я повернулась к нему.
— Чародей... если вы найдёте её, даже мёртвую, дайте мне знать.
— Слушаюсь, Майтенаринн.
— Откуда был звонок?
— Из аптеки. Той самой, тахе-те. Помощница аптекаря. К моменту, когда мы туда добрались, она была мертва. Сердечный приступ. Никто в дом не входил, тут всё проверено.
— Тоже следы «петли»?
— Совершенно верно. «Пси» часто «вживляет» кодовую фразу... знаете, чтобы можно было дистанционно обезвредить «марионетку». Достаточно сообщить фразу по телефону, напечатать в газете. Та... что позвонила в ресторан, обзвонила перед смертью ещё десятка два человек. Все они уже мертвы.
Я обняла свои плечи.
— «Рука из могилы»?
— Примерно так, тахе-те. Я видел этот фильм, верно. Чем-то похоже. Виновница всего мертва, но продолжает заметать следы. В городе триста тысяч человек, тахе-те, мы просто не успели бы...
— Прошу вас, не надо. Я всё понимаю. Может быть, она ещё жива.

* * *

— Вот он, – «Капитан» указал на высокие скалы. – Будьте осторожны. Когда станет беспокойно, включу сирену. Её и на дне морском услышат, можете не сомневаться. Оставлю прожектор включённым, чтобы тропинку было видно.
Лас с Хеваином поблагодарили и сошли на скалу – причал, вернее, его остатки. Тропинку было еле видно – действительно, землетрясения потрудились на славу. Лас, оказывается, догадалась взять и фонари, и кое-какое прочее снаряжение. А я-то хорош, – мрачно подумал Хеваин, принимая у неё рюкзак. Мог бы сам позаботиться о снаряжении.
Минут через пять, когда весь остров предстал перед их глазами, захотелось немедленно бежать. Со всех ног, подальше.
Пустынно и безжизненно. Прекрасная некогда долина, вписанная в отточенные ветром скалы. По правую руку, в четверти мили, то, что служило маяком. Частично сохранившуюся сигнальную башню венчала призрачная корона синеватых огоньков. Остров невелик – три мили на пять – и весь лежал, как на ладони. Некогда красивый, теперь он навевал уныние.
— Смотрите! – указала Лас, отступая на шаг.
В самой низкой части долины светились огоньки. Поднимался дым. Словно от костра. Большого костра – различимого даже отсюда.
Поселение, что занимало восточную часть долины, давно лежало в руинах. Очертания рухнувших домов угадывались с трудом.
Хеваин поднял камеру. Тут же разряд молнии ударил прямо в костёр – или что это было? Удар грома едва не сбросил пришельцев наземь. Дым пошёл гуще.
Оба подняли головы.
На небе ни облачка.
— Я туда не пойду, – заявила Лас. – Не нравятся мне такие молнии.
— Сделаем несколько кадров, – предложил Хеваин. – попытаемся подобраться к маяку – по-моему, достаточно безопасно. Здесь, похоже, никого нет.
Молния ударила поблизости. Лас, на вид невозмутимая, широко раскрытыми глазами смотрела, как сигнальная башня маяка взрывается, распадается, рушится.
Ещё одна молния. В центре острова.
И тут сирена взвыла за их спинами.
— Замечательная идея, – прошептал Хеваин. – Лас, надо уходить. Я не знаю, что это, но нам здесь не рады.
Ласточка кивнула. Хеваин в последний раз обвёл всё вокруг объективом. Только бы записалось...
Когда они уже вернулись на борт, ещё одна молния ударила в маяк, уничтожая последние следы сигнальной башни.
— У меня плохие предчувствия, – «Капитан» взял курс на запад. – Очень плохие. Надо убираться подальше от Головы.
— Хельт опоздал, – мрачно сообщил Хеваин. – Здесь ничего уже не найти.
— Хельт эс Тонгвер? – повернул голову «Капитан». – Это он направил вас сюда?
— Да, – кивнула Ласточка.
— Я знаю, зачем он мог это сделать... но пока не могу сказать вам. Извините. Очень немногие могут услышать это. Должен быть знак.
Хеваин и Лас переглянулись.
— Я... могу показать вам ту, что отправила нас сюда, – пояснила Лас. – Нам очень нужно то, что оставлял Хельт.
«Капитан» размышлял.
— Теаренти, я не могу ничего обещать. Если она сможет дать знак, я помогу вам. Если нет – тайна умрёт вместе со мной.
— Проклятие, связи нет, – огорчился Хеваин. – Помехи... сильные помехи.
— Отойдём от острова, – предложил «Капитан». – Там попробуете. Я не могу возвращаться на материк. Во второй раз вы меня уже не увидите. Таковы условия.
Лас кивнула. Хеваин заметил, что она что-то шепчет, закрыв глаза, но не стал прислушиваться.

- - -

Я всё-таки задремала. Мне приснилось что-то обрывочное, сумрачное. Вспомнилась часть кошмара, который я видела в лечебнице – дети возле костра. Потом... бурное море, молнии, огонь... Бессвязные образы.
Сигнал!
Я выпрыгнула из постели, как ошпаренная. Так и не разделась. Завтра буду совершенно никакая. Хеваин! Наконец-то!
Ну, Чародей... Давай, пропускай звонок, это свои.
Пошёл видеосигнал.
Корабль, несомненно. Хеваин справа. Лас слева. Посередине – незнакомый мне низкорослый человек – с короткими, мокрыми волосами. Мундир, точнее остатки мундира. Знаки различия срезаны. Судя по лицу – из Роан, как и Ласточка.
И я поняла, кто это. Записку Дени я помню наизусть.
Старший брат Дени. Как он изменился! Семнадцать лет...
— Дайнаэри-Сайта? Владелец «Дельфина»?
Лас, похоже, переводит. Ясно.
— Да, – человек был поражён, хоть и пытался скрыть это.
— Вам сообщили уже, что Хельт эс Тонгвер указал это место... что должен был что-то оставить?
— Да, теаренти. Но я должен быть абсолютно уверен, что обращаюсь к тем, кто имеет на это право.
У меня только обрывки воспоминаний. Память, просыпайся...
— Семнадцать лет назад, – голос мой стал хриплым. – Дети играли у костра, на острове... на Aef. У них была дружная компания.
Лас переводит. Лицо Дайнаэри становится напряжённым.
— Была полная луна. Той же ночью начался сильный шторм. Совершенно неожиданный. Очень сильный.
Память, прошу тебя...
— Один из мальчиков едва не утонул. Девочка спасла его. Чуть не утонула вместе с ним. Той же ночью или на следующее утро девочку увезли на материк, провожать первую луну – так требовал обычай. Мальчик был ещё болен, его звали Дайнакидо-Сайта. Им не позволили попрощаться.
Дайнаэри делает шаг ко мне, прикрывая глаза ладонями.
— Через десять лет... или раньше, я не помню точно, Дайнакидо тоже уехал на материк. Искать ту самую девочку. Её звали Майтенаринн. Он звал её «Королева».
Дайнаэри опускает голову, убирает ладони.
— Он должен был что-то сказать ей, но не успел. Так и не успел. Его убили раньше. Не хватило нескольких минут.
Дайнаэри поднимает взгляд.
— Я Майтенаринн, Дайнаэри. Я любила его, но потеряла на это право. Рядом с вами Лас-Таэнин. Та, что любила его... Та, что продолжает любить.
Лас опускает голову, закрывает глаза ладонями, но переводит. Видно, что слова даются ей с трудом.
— Прошу вас. Помогите нам. Мы не знаем, что происходит. Не можем вспомнить до конца.
— Знак, теаренти, – шепчет Дайнаэри. – Прошу Вас. Любой, чтобы я убедился.
Я снимаю диадему.
— Ты больна, Королева, – читаю я нараспев, дряхлеющий призрак из сновидения бредёт ко мне из тьмы. – Ты стара, Королева. Заберу я владенья твои...
Дайнаэри стремительно падает на колени, прикасается лбом к палубе. Поднимается.
— Я выполню всё, что Вы прикажете, Королева. Всё, что позволит клятва.
— Хельт... Хельт эс Тонгвер оставил что-то?
— Да, Королева. Это было давно, но всё цело.
— Вы успеете передать всё это моим друзьям?
— Да, Королева. «Махени» не успеет поймать нас. Мы уже в пути.
— Что вы должны были делать дальше?
— Извините, Королева. Даже Вы не имеете права знать это. Даже Лас-Таэнин. Только Дайнакидо-Сайта.
— Тогда... я прошу вас. Скрывайтесь. Прячьтесь. Но я хотела бы иметь возможность отыскать вас, когда всё это кончится.
— Хорошо, – кивает он. – Тем же путём. Таким же образом. Мне дадут знать, Королева.
— Спасибо, Дайнаэри-Сайта. Удачного пути. Да избегнете Пучины.
Он сложил руки и коротко поклонился. Хеваин кивнул, сделал мне знак, собрался выключить связь. Передумал. Ушёл из кадра.
Никого. Звёздное небо на горизонте. Молнии... видны зарницы. Странно, нет ни облачка.
Ласточка возникает передо мной.
— Спасибо, Май, – шепчет она. Прижимает ладонь ко лбу, кланяется.
Я делаю то же самое.
Конец связи.
Как сильно бьётся сердце... Прости, Лас, я должна была выдать твою тайну. Иначе он мог не поверить.

* * *

«Норвен Экспресс» стал первой и единственной газетой, чей репортаж о последних минутах Головы Ската был получен от собственного корреспондента.
«Дельфин» отошёл от острова миль на тридцать, когда молнии принялись бить в невидимый на таком расстоянии кусочек суши так часто, что окружающее остров пространство исполнилось слабым, призрачным сиянием – пляшущим, неверным, неприятным. Побледневший Дайнаэри время от времени осенял себя охранными знаками. Лас молча смотрела на происходящее. Хеваин поспешно перезарядил камеру и старался ничего не упустить.
Молнии сыпались секунд двадцать или тридцать. Затем последняя ударила – похоже, в самый центр – и воцарилось спокойствие.
Море успокоилось. Полностью. Поверхность воды стала ровной, плоской; луна, четвёртый день как ущербная, показалась непереносимо яркой, холодной.
— Сейчас, – равнодушно заметила Лас.
Водная гладь сменилась мелкой рябью.
Красным озарило ту часть моря, где находился остров. Мощная вспышка... Огромный столб оранжевого огня взметнулся в небеса, дождём разбрызгиваясь вокруг, набирая мощь. Видны были падающие скалы, остров словно приседал, вжимался в море.
Ударная волна больно хлестнула по ушам.
— Берегитесь! – крикнул Дайнаэри. – Идёт волна! Уходите с палубы!
Второй взрыв был менее эффектным – издали. Пламя неровным куполом накрыло остров. Всё, что оставалось от Aef после предыдущего взрыва, взмыло в воздух и, превращаясь на лету в крошево, обрушилось в кипящие волны..
Лас чуть ли не силой потащила Хеваина вниз, под защиту палубы. Вовремя: то и дело на палубу падали вулканические бомбы.
«Дельфин» не перевернулся, но отчего – Хеваин так и не понял. Им с Лас пришлось пережить несколько очень неприятных минут, когда не было понятно, сумеют ли они выбраться из всего этого живыми.
Корабль потрепало, но серьёзно он не пострадал. Людям досталось множество ушибов. Все трое стояли на палубе, глядя на вздымающийся в небеса султан дыма и пепла.
— Сагари может спать спокойно, – заметил Дайнаэри. – Острова больше нет. Проклятие исполнилось.
Глаза Лас широко раскрылись.
— Сагари? Но почему?
— Он провёл на Голове последние дни жизни. А... Понимаю. Вы читали традиционную историю. А на самом деле всё было не так красиво и романтично. Я расскажу, теаренти. У нас будет немного времени. Через два часа мы прибудем ко мне домой, – капитан корабля указал направление. – Если сможете, попытайтесь заснуть.
Лас кивнула. Хеваин помог ей спуститься в каюту, забрал вещи и ушёл в другую. Но заснуть не удалось. Не страшно. Выспится в самолёте, не впервые.
Лас спала без сновидений. Провалилась в сон мгновенно, едва только легла.

* * *

Часа за два до рассвета меня разбудил вызов. Прямая связь. Неужели Хеваин... неужели что-то случилось...
Чародей.
— Очень странная история, – пояснил он. – Мы нашли девушку. Её тело. На отмели у реки, чуть ниже места, где был оставлен плащ. Её зарезали. Пытались изобразить самоубийство.
Я молчу.
— Её увезли в морг. Но когда доехали, тела в машине не оказалось. Никто ничего не заметил. Остался только кухонный нож, старый и тупой. Удивительно, как удалось убить им – нападавший должен быть очень сильным. И знать, как убить таким неподходящим оружием. Всего одна рана.
Что тут можно сказать...
— Это всё, тахе-те. Извините, что разбудил. Теперь нет никаких сомнений, она мертва. Думаю, тело отыщется.
— Спасибо, Чародей, – произнесла я, с трудом оставаясь вежливой.

Часть 2. Глава 5. Неприятный разговор | Ступени из пепла (оглавление) | Часть 2. Глава 7. Стены чужого дома

комментарии поддерживаются сервисом Disqus

Комментарии

Комментарии поддерживаются системой Disqus
Rambler's Top100