Константин Бояндин - Шамтеран I - Ступени из пепла, часть 3 глава 1

Константин Бояндин - Шамтеран I - Ступени из пепла, часть 3 глава 1

Часть 3. Глава 3. Трое выживших | Ступени из пепла (оглавление) | Часть 3. Глава 5. Правила игры

3.4. Тень теней

— Итак, сухой остаток, – Гриф почесал затылок. – Вас преследует мощная «пси», с которой вы играли вместе, в детстве. Это ещё сойдёт за объяснение. Ваша новая знакомая тоже пострадала от «пси». Поверю на слово, Ани, что у неё появилась повышенная способность к регенерации. Это тоже должны съесть. Хотя будут уже давиться. Всего остального не было.
— Но...
— Реа, – Гриф усмехнулся. – Я не дурак. Ребята мои – тоже. Я не могу приказать им забыть то, что они видели. После вчерашнего приключения с зеркалами и стёклами мне самому придётся творить чудеса, чтобы вас всех не забрали тайные службы и не вытрясли из вас все тайны. Я не хочу этого. В крайнем случае, предпочту сделать всё сам. Вместе с Чародеем.
— Спасибо, – Реа была искренней. Тень, рядом с ней – смущённой и немного подавленной.
— Но я прошу. Я умоляю... Никаких чудес. Хотя бы на время. Мне ещё надо придумать хорошие легенды и убедить ребят, что лучше держать язык за зубами. Сидите тише воды, ниже травы.
Все присутствующие кивнули. Хеваин с опаской покосился на Тень и ушёл, вместе с Саванти. Гриф вздохнул и тоже отбыл.

- - -

— Это мы за-а-апросто, – тихонько пропела Тень, глядя ему в спину.
— Слушай, зараза, – Реа посмотрела на неё неприязненно. – Скажи, зачем ты всё это делала? Мина, яд, тетради...
Тень напустила на себя обиженный вид.
— Мне приказывали, я выполняла. Ты не знаешь, что такое быть Тенью. А хочешь, Тигра...
— Я тебе не «Тигра», – мрачно предупредила Реа-Тарин. – Ещё раз так скажешь – голову откручу.
— Ой, как страшно. Давай, откручивай. Даже не пискну.
Тигрица расхохоталась.
— Да, с тобой не скучно. Вот что, подруга, пошли-ка к диагносту. Осмотрю тебя. Раз уж ты с нами, надо и тебя в картотеку занести.
— Надеюсь, вскрытия не будет? – поинтересовалась Тень хмуро.
Тигра прыснула, зажимая рот ладонью.
— Что... тебя и... тоже?
— Да, – Тень поморщилась. – Несколько раз успевали. Мерзко выглядит. Пахнет ещё отвратнее. Правда, когда из морга выходишь, кого-нибудь непременно до паралича пугаешь. Приятно...
Тигра прижалась к стене, чтобы успокоиться. Досмеялась до икоты. Тень осторожно похлопала её по спине.
— Как это тебе удаётся? – поинтересовалась Реа-Тарин, помогая Тени снять пропитанный кровью халат. – Слушай, иди-ка сначала в душ. Вон там.
— Что удаётся? – спросила Тень неожиданно, после того, как минут пять провела за полупрозрачной занавеской, яростно оттирая себя под мощным потоком воды.
— Гляжу на тебя, ощущаю себя. Что за мистика?
— Не знаю, – Тень появилась перед ней. В чём мать родила. Реа посмотрела на едва заметный шрам, проходящий через «пояс смерти» и покачала головой.
— Давай, помогу. Ты что – сама себя кухонным ножом? Боли совсем не чувствуешь?
— Издеваешься? Прекрасно чувствую. Просто... чем ближе Ведьма, тем сильнее должна быть боль. Иначе – снова в «куклы». Не могу же я вечно стишок читать, язык отвалится.
— Не шевелись.
— Слушаюсь, Тигра.
Реа сверкнула глазами. Тень лежала, прикрыв глаза, на лице – полная покорность.
Тигрица содрогнулась. Тень не лгала – следов от ран на ней много, очень много. Подавляющее большинство – ран смертельных. Две сегодняшние выделялись – шрамы серебристого цвета. Реа осторожно потрогала их. Теплее окружающих участков тела.
Пропадают, сходят – медленно, но верно.
— Перестань, – недовольно пошевелилась Тень. – Знаешь, как чешется?
— Пигментация сведена, – отметила Тигрица в журнале. – Повсюду. На нижнем поясе – тоже. Весело живёшь, подруга.
— Да, очень весело. Ещё бы помнить, когда и с кем веселилась. Не удивлюсь, если у меня детей штук сто, по всему свету. Ой... противно...
— Не шевелись, – Реа закрыла «пасть» и диагност довольно заурчал.
Минут через пять она открыла крышку.
— Вылезай, – помогла Тени выйти. – Ну-ка, повернись...
Да, насчёт вскрытий она тоже не шутила. Не бывает! Не может быть!
— Да у тебя, никак, цикл, – поджала губы Реа-Тарин, потянув носом. – Как часто?
— Спроси лучше, когда его нет. Раз в неделю. Иногда чаще.
Реа кашлянула.
— Так. С этого и начнём.
Тень оскалилась.
— А если мне нравится?
— А тебя не спрашивают. Тебе велели слушаться.
Тень опустила голову.
— Ладно, ладно. Хорошо. Моя прежняя хозяйка стала забывчивой на этот счёт. Таблетки она мне даёт, только пить их не очень хочется. Башню сворачивает. Ну и «пою» почти каждую ночь.
— Догадываюсь, – Реа помогла ей одеться в чистую одежду. – Видела я такие таблетки. Идём. Садись здесь. Руку на мембрану. Не шевелись.
— Щекотно, – хихикнула Тень. – Кстати, насчёт «пения»... Скоро начнётся.
— Не начнётся, – Тигрица протянула ей пузырёк с таблетками. – Давай, пей. Две сейчас, две через час.

- - -

Аппетит у Тени был чудовищным.
Реа сидела поблизости и смотрела. Ела Тень очень красиво, изысканно.
— У тебя неприятности, – Тень подняла взгляд. – Не знаю, что с тобой делали, но внутри у тебя живого места нет. Иметь потомство тебе пока что не грозит – это к вопросу о ста детях.
— Я собираюсь жить вечно. Дождусь, когда это научатся лечить. Слушай... можно добавки?
— Не наелась?
— Как будто сто лет не ела.
Реа глянула на часы.
— Куда-то торопишься? – Тень выглядела сонной и уставшей.
— Я – нет. Но солнце уже встаёт. Кто-то должен помогать Королеве и Ласточке.
— Я помогу.
— Ладно. Слушай, расскажи про остров, а?
Тень неожиданно перестала кривляться.
— Госпожа запретила говорить об острове.
— Но мне...
— Нет, Воин.
— Ну ладно. Тогда о том, как ты попала к Ведьме. Только без ужимок.
— Не всё сразу. Тигра, я не про все «сюрпризы» рассказала, кому надо. Раз уж я с вами, надо сдать всё. Лучше выспись.
— Хорошо, союзница. У меня к тебе много вопросов. В основном – неприятных.
— Мне приятных не задают, – пожала плечами Тень. – Реа, найди мне одежду, пока не легла. Правильную. В этой пижаме на улицу не выйти. И... ну дай добавки, пожа-а-алуйста! Как воскреснешь, аппетит просто ужасный.

* * *

Изнуряющий, неприятный второй день. Лас уже приходилось выдерживать строгий траур, по брату. Но на Островах это проще. Здесь, в горах, всё иначе. Сон был краток, видений не принёс. Жаль. Сон на Повороте всегда правдивый.
Она направилась к могиле Дени. К условной могиле. Боялась, что куста там не окажется. Но нет. Немного подрос. Цветы теперь были светлее. Тот, что она так и носила на одеянии, на сердце, был ещё жив. Лас легла, прижалась щекой к тёплой плите. Закрыла глаза.
Кто-то... невидимый, что ли? Поставил рядом с ней кувшинчик с родниковой водой, завёрнутые в льняную салфетку кусочки пресного хлеба, пригоршню семян в другой салфетке – для птиц. Лас обернулась – никого. Ну и ладно. Спасибо.
Дени... приходи в сновидениях. Почему держишься поодаль? Почему стоишь за несколько шагов, не позволяешь подойти? Я не догнала тебя тогда. Лучше бы Май опоздала. Она права, жить тяжелее. Поэтому, наверное, чаще приходится выбирать жизнь.
Ведьма. Расскажи мне о ней. Есть тайна, Май не знает её. Очень важная тайна. Без неё с Ведьмой не справиться.

* * *

Майтенаринн приснились давешние странствия. Лабиринт с невероятно высокими сводчатыми проходами. Только теперь дверь в палату, из которой её выманил двойник, отсутствовала вовсе.
Коридоров было много. Много дверей. Частью – с матовыми стёклами. Что-то происходило по ту сторону, но не возникало желания узнать, что. Звуки капели, отвратительный мусор на полу, пыль. И запахи. Гниение, затхлость. Найти выход было просто – едва заметный ветерок приносил вкус морской соли.
Остров по ту сторону был безлюден. Селение жило – ночь, в нескольких домах светятся окна. Костёр догорает, дотлевают последние угли. Май попыталась перелезть через пролом в стене, на остров. Кто-то взял её за руку.
Медленно обернулась.
Она сама. Несомненно. Только младше, лет восьми. Май-маленькая отрицательно покачала головой. Прижала палец к губам. Показала жестом – помоги перелезть.
Май-старшая помогла.
Девочка легко соскочила наземь. Ещё раз отрицательно покачала головой. Помахала рукой и вприпрыжку бросилась к одному из домов, шагах в трёхстах. Дверь отворилась. Высокая фигура встретила Май-младшую, подхватила подмышки. Дядя...
Май отвела взгляд. Кто-то стоит у неё за спиной. Повернулась. Миан... та, из зеркала. Ободранная, обожжённая, безумная. Мианнесит надвигалась, оскалившись, готовая броситься. Неожиданно для себя Майтенаринн... обхватила Ведьму, обняла её. Та вздрогнула... черты лица её стали чистыми, копоть и кровь сошли, безумие выветрилось. Она уснула. Май осторожно положила её на камни.
Ведьма спала.
Осторожно, чтобы не разбудить её, Май подтянулась к краю пролома, наклонилась, чтобы спрыгнуть...
Она пробудилась рывком. Сидела у могилы Дени. Лас... была здесь не так давно. Оставила зёрна, птицам. Часть уже склевали. Скверно, Май, на кладбище засыпать не надо.
«Она спит».
Спи, Ведьма. Никогда не просыпайся. Кто ты, где таишься, что замышляешь? Что должно было случиться семнадцать лет назад, чтобы ты захотела извести нас всех?
Мы же были детьми. Это была всего лишь игра.
Я узнаю, подумала Май. Вздрогнула... кто-то только что был за спиной. Оглянулась. Кувшин с водой, хлеб, салфетки. Спасибо, кто бы ты ни был.

* * *

Хеваин отложил записи в сторону. Голова гудела. Столько информации за неполные трое суток! Заснуть не удаётся, настолько возбуждён. Надо бы отвлечься, успокоиться.
«Хеваин Эммер эс Ваттар эр Нерейт. Я знаю тебя».
Откуда? Он дал запрос... и представитель дома Ваттар эр Нерейт обрадовался, когда узнал, что... Да, баронесса была так благодарна, что усилиями Хеваина Эммера её и семью удалось вывезти из зоны военных действий, что добилась для него титула. Пусть – формального. Но ей сказали, что Хеваин давно умер. Будет рада, очень рада увидеть спасителя. Баронесса Дартенн ан Ваттар-Таэр эс Ваттар эр Нерейт уже в преклонном возрасте, так что не соблаговолит ли уважаемый...
Соблаговолит. В ближайшее же время, как только найдётся несколько часов. Тем более, это недалеко.
Хеваин вспомнил про мину.
Отложил бумаги в сторону и пошёл погулять.
— Могу чем-то помочь? – спросили у него голосом Майтенаринн.
Только не это...
Тень довольно улыбалась, сидя у стены. Её улыбка не очень-то сочеталась с траурным облачением. Правда, чёрной ленты под подбородком нет.
— Откуда вы, Тень?
— О, я родилась совсем недалеко отсюда.
— Я не это имел в виду... извините.
— Ах, да. Вы подумали о мине. Баронесса должна была позвонить вам сегодня, – голос Тени изменился, стал похож на тот, что Хеваин слышал по телефону. – Будет очень рада вас увидеть, – голос стал прежним, голосом Майтенаринн. – Вы слегка её опередили.
Хеваин нахмурился.
— Никакой баронессы не существует?
— Отчего же. Существует и здравствует, вы действительно спасли её сорок пять лет назад. Должна была существовать, пока бы вы не предложили ей съездить в гости, в Тегарон. Вы ведь предложите, Хеваин?
— Полагаю, да. До Гражданской у неё были владения и в Тегароне.
— Вот и всё. Нажимаем во-о-от на эту кнопочку. Избавляемся от вас обоих и делаем ба-а-альшую гадость Её Светлости. Гениально?
— Отвратительно.
— Ну-у-у, – Тень прыгнула, опускаясь перед ним на корточки. – У меня всё всегда получается превосходно, поверьте. Могли бы и похвалить.
— Слушайте, вы меня пугаете.
— Я знаю, – Тень встала, подошла к нему вплотную. Сходство с Майтенаринн было устрашающим. – Хеваин, – произнесла она другим, спокойным, голосом. – Я же всё рассказала. Во всём призналась. Я сделаю для вас что угодно, – шепнула она. – Только намекните.
Его тянуло к ней, к ложной Майтенаринн. Хотелось пасть на колени, подчиниться...
— Станьте кем-нибудь ещё, – предложил он, сумев справиться с наваждением. – Не будет так... двусмысленно.
Тень рассмеялась, отодвинулась.
— Я просто играю, – созналась она. – Хеваин, со мной никто не справится. Если мне прикажут, я «углажу» кого угодно. Осечек не бывает.
Корреспондент вынул из кармана пачку фотографий. Тех самых, «зарубежных выездов» Светлой. Показал несколько снимков.
— О да, – согласилась Тень. – Это были отличные дни. Я здорово отдохнула.
— Но зачем?
— Этого я не могу сказать.
— Тоже мне, загадка. Должны были «пригладить» их? Чтобы потом приехать и «уговорить» сделать что-нибудь?
— Ах, какой вы умный, – протянула Тень. – Да, Хеваин. Они уже все вот здесь, – показала сжатый кулак. – Подойти, – она подошла, – обнять, – обняла. – Шепнуть несколько знакомых слов и погладить вот тут... не бойтесь, не буду гладить.
— Знакомых слов? Ведьма для каждого... и для каждой придумала особые слова?
— Конечно. Но я, знаете... люблю пошалить. Я не те слова им говорила. Другие. Моя прежняя хозяйка их никогда не сказала бы.
Ma es matafann ka...
— Вы всё знаете, – огорчилась Тень, отходя в сторону. – Зачем спрашивали?
— Только что догадался. А одежда, в гардеробе у Май – тоже ваша?
Тень хлопнула себя по лбу.
— Надо будет попросить, переодеться как-нибудь. Всё равно она ей мала. А мне хочется выглядеть красивой.
— Вы и так красивы. Очень красивы.
— Не я, а Госпожа. Сама я... вот, смотрите.
Тень отвернулась. Через некоторое время повернулась вновь. Худенькая, светлолицая. Веснушчатое круглое лицо, большие зелёные глаза, тонкие губы, рыжие лохмы – стожок сена на голове.
— Видите? Пугало...
Тень вновь отвернулась и через несколько секунд вернула облик Майтенаринн.
— Вы и сами красивы. Нет, правда. Кстати, можно попросить об одолжении?
— Смотря о каком, – Тень подмигнула.
— Перестаньте. Хельт оставил несколько адресов и фотографий. Старых, очень плохо сохранившихся. Но я узнал вас, Тень. Я знаю ваше имя. Эс...
— Нет, не вслух! – Тень посерела. – Прошу, не надо. Ведьма сразу узнает, где я. Вы убьёте и меня, и всех, кто будет рядом. – Она покачнулась, неловко уселась прямо на пол.
— Я не знал, – Хеваин присел, помог ей подняться. – Ладно. Я передам всё это вашей Госпоже.
Тень поклонилась.
— Я не забуду, клянусь.
Корреспондент усмехнулся.
— Вы вчера сменили Госпожу. Вы ведь можете сделать это вновь? Боюсь, вашим клятвам цена невелика.
Тень опустила голову. Речь её изменилась, голос стал тихим.
— Не надо так. Я скажу вам, вы добрый. Нет, я честно! Тень может сменить хозяина, только если хозяин намерен убить свою Тень. Иначе – смерть. Настоящая. Долгая, ужасная, окончательная.
Она опустилась прямо на пол.
Хеваин присел перед ней.
— Знаете, Ведьма... она – водоворот. Она отбирает, поглощает, душит. Съедает своих слуг. Нет, не буквально. Королева – солнце, Хеваин. Хотя сама не знает этого.
Она отвернулась. Хеваин взял её за руку.
— Я видела её Тёмную луну. Видела всех вас в тот момент. Я должна была убить вас ещё в ту ночь... но лицо, её лицо. Я решилась. Я решила предать Ведьму. Не думала, что Королева подарит мне жизнь. Я сделала всем вам очень много... плохого. Но я хотела увидеть её лицо. Ещё раз.
Хеваин осторожно обнял её за плечи.
— Извините, Тень. Я не знал.
— Меня никто не жалел, – всхлипнула Тень. – Только проклинали, мучили. Правда. Спасибо... я мерзкая, Хеваин, страшная, не доверяйте мне. Никогда.
Хеваин молчал.
Тень тяжело вздохнула.
— Ладно. Идёмте, поглядим на фотографии. И посетите баронессу сегодня же. Я должна была убить и её, не знаю уж, за что. Я расскажу, как спасти ей жизнь. Спасибо, Хеваин...

* * *

Реа проснулась далеко за полдень. Интересно... рядом с ней стояло традиционное питание для строгого траура. Родниковая вода, пресный хлеб. Съела. Выпила. Несмотря ни на что, было очень вкусно.
— Что-то не так? – послышался голос.
Рядом, у стены, оказалась Тень.
— Очень интересно. Это ты принесла?
— Я. Ошиблась? Хочешь настоящего обеда?
— Нет, не надо. Как ты вошла?
— Тайна. Воин... давно хочу попросить тебя – померяться с тобой силами.
— Прямо сейчас? – усмехнулась Тигрица, открывая платяной шкаф. – Почему бы и нет. Слушай... отвернись, что ли.
Тень пожала плечами, метнулась за дверь.
— Что у тебя может быть нового? Я уже пять лет живу среди вас. Ну например. Шрам на правой ключице. Три года назад, тренировочный бой на турнире Сатта-Каэ Союза Шеам. Первое место, два балла, второй уровень мастера, «каэтри».
— Ты слишком много знаешь. Думала когда-нибудь над этим?
— Да, но смерть в данном случае не помогает.
В тренировочном зале никого не было. Охрана обычно занимает его ближе к вечеру.
— Фехтование? Как насчёт шпаг? – предложила Тень.
— Можно.
Они надели маски, вышли на полосу...
Двенадцать-ноль в пользу Тени.
— Здорово, – похвалила Тигрица. – Шесты?
— Почему бы и нет?
Семь критических попаданий в пользу Тени. Три – слабых. У Реа – ни одного.
— Ничего не понимаю, – честно призналась Реа. – Что я, всё забыла?
Тень хихикнула.
— Нет, не забыла. Просто с Тенью никто не сравнится.
Реа закрыла глаза.
— Давай-ка ещё раз.
Тень коротко поклонилась, замерла, опираясь на шест. На вид – не успеет среагировать ни на один выпад слева, не успеет уйти от удара снизу.
«Я Тень, мне служит мрак, мне солнце – враг...»
Реа медленно подходила, держа шест отведённым в сторону. Тоже – обманчивая незащищённость. Тень смотрела куда-то поверх.
«Мне ваши тени открывают все секреты...»
О да... ты слушаешь мои собственные эмоции, впитываешь намерения, сливаешься с моей тенью. Я зеркало, Тень... Я сама становлюсь тенью... Я готовлюсь отразить тебя, я не нападаю.
Улыбка появилась на губах Тени, глаза её подёрнулись дымкой.
«Я Тень, я сею страх у вас в сердцах...»
Реа двинулась к Тени, сохраняя пустоту внутри, вслушиваясь в себя... вслушиваясь в чужое присутствие.
«Склонись, я пощажу. Не то – простись со Светом...»
Есть. Есть чужое присутствие, есть неуверенность...
«Склонись, я пощажу».
Неуверенность растёт... нападай, Тень.
«Склонись, я пощажу».
Я ближе, ближе...
«Склонись, я пощажу».
Короткий замах... Тень слегка отступает назад, чтобы нанести широкий пологий удар сверху вниз... И чужой шест останавливается у самого её виска.
— Браво! – Тень улыбнулась. – Учишься, Воин. Учись, пока я жива.
— Ты же собиралась жить вечно.
— Жить вечно рядом с тобой? Ну, нет.
Реа кивнула, отошла на исходную позицию.
— Повторим?
— Конечно.
...Восемь-два в пользу Реа.
— Ну что, злодейка-Тень не так уж бесполезна?
— Ты странная, – Тигрица вернула шест на стойку, направилась в душевую. Тень скользнула за ней. – Расскажешь, как ты оказалась у Ведьмы?
— Потрёшь мне спинку – расскажу. Взмокла я... давно меня не побеждали.

- - -

— Королева во-о-он там, – указала Тень. – Бродит по дому. По Северному дому. Слушает. Ищет.
— Откуда ты знаешь?
— Я обязана знать, где моя Госпожа.
— К Ведьме это тоже относится?
— Уже нет. Гриф знает, где она была, не беспокойся. Я выполняю обещания.
Тень остановилась у развилки, указала рукой.
— Ласточка там. Сидит у скамейки. Два новых цветка на её кустике.
— Ты начинаешь меня пугать, Тень, – Тигрица посмотрела ей в глаза. – Откуда знаешь?
— Видела. Вчера, пока вы мои сюрпризы осматривали. Молодчина, птичка, неплохо у неё получается.
— Ладно. На этот раз я. Потом пойдём к Королеве.
Тигрица вернулась быстро.
— Знаешь, как прекрасно быть Тенью без хозяина? Как я жила! Слов нет. Спасибо Королеве...
Тигрица приостановилась.
— Май? За что?
Тень нахмурилась.
— За всё, зубастенькая. Не скалься, не страшно.
Тигрица фыркнула.
— Так за что ей «спасибо»?
Тень остановилась, спросила серьёзно.
— Воин, игра продолжается. Это Вопрос?
Реа ощутила холодок, проползающий по спине. Что-то очень простое... что-то совсем простое они упускают из виду. Проклятье. Игра продолжается. Думай, Реа, ищи ответ. Но проиграть Вопрос Тени... ты ведь не знаешь, сколько Вопросов ей уже проиграла.
— Нет, Тень.
— Тогда я ничего не слышала. Так вот, лет семь назад ко мне постучалась Ведьма...

* * *

Тень – Эсстер ан Аратрин эс Метуар эс ан Тегарон – выглянула в окно. На пороге стояла дрожащая девушка: серебристые волосы, светлое лицо, старая, насквозь мокрая одежда, еле живые сандалии. Что такое? Откуда она? Невысокая, худенькая... Истощённая. Так и шла сюда, под дождём?
Эсстер сама подбежала к входной двери. Открыла.
— Миан? Ты?! Что с тобой?
Кивком велела прислуге впустить неожиданную гостью.
— Переоденьте её... проводите в гостиную.
— С-с-спасибо, Эс-с-стер, – кивнула Миан. – Эт-т-то...
— Переоденься. Отогрейся и поешь. Потом поговорим.
Эсстер сидела, рассматривала гравюры (добыла у дальних недругов Метуар, по ту сторону гор, за границами графства; украла, «просочившись» по стене). Я Тень... я настоящая Тень... Я похвастаюсь тебе, Миан, извини...
Миан вошла и сразу же упала на колени. Губы её дрожали. Какой она стала красивой...
— Эсстер. Я Миан, Ведьма. Помнишь меня? Помнишь ту игру? Остров, бурю?
Эсстер поднялась.
— Да, Миан... Я Тень. Я уже пробовала... свои силы. Так ты... тоже? А остальные?
— Не знаю про остальных. Меня все гонят, все... Эсстер, со мной всё, как в той проклятой сказке. Всё отняли. Всех родных убили. Я нищая, я никто. Я пришла к ней, хотела поговорить. Меня выгнали, выбросили в грязь. Всё, как в сказке, будь она проклята. Прогоняют. Спускают собак. Три раза у позорного столба... я не могу больше. Помоги, умоляю! Помоги хоть ты!
— Успокойся, Миан. Кто? К кому ты пришла?
— К Королеве. Там, в Тегароне. Меня к ней не пустили, велели убираться.
— Не думаю, что они будут в восторге от визита Метуар, – покачала головой Эсстер. – Оставайся пока у меня, Миан. Расскажи по порядку.
Почти три месяца всё было прекрасно и интересно... Они находили у себя новые умения... помогали друг дружке, по-детски хвастались. Миан быстро училась. В точности, как в сказке. Надо было перечитать сказку, Эсстер, вольная Тень. Надо, надо было...
...потому что однажды ты не расслышала, что именно говорит Миан, протянула ей руку...
И мрак из слуги неожиданно стал хозяином. Безжалостным. Ненасытным.

* * *

Тигрица споткнулась на ровном месте.
— Ты из Метуар?
— Что, непохоже? Давно уже не была дома, надо заглянуть. Всё труднее вспоминать свой собственный облик. Но пропавшей меня так и не объявляли. Умершей – тоже. Мама ещё верит, что я вернусь.
— Ты... это ты сделала так, чтобы меня... чтобы баронесса...
— Да, я, – призналась Тень. – А что? Я оставила тебя без крыши над головой, Тигра, без всего. Мне захотелось сделать что-нибудь доброе. Что с тобой?
Реа-Тарин остановилась.
— Мой прежний дом, моя семья... Я что-то припоминаю. Очень смутно. Что с ними случилось?
Тень вздохнула. Долго глядела на Реа-Тарин.
— Я, Тигра. Я с ними случилась. Миан побывала и у вас, но её не пустили на порог, спустили собак. И она... несколько месяцев спустя... когда я дала ей руку, по глупости... Она приказала мне, для начала...
Реа-Тарин почувствовала, что ноги не держат её. Прислонилась к старой, могучей сосне, уселась под неё. Тень осталась стоять.
— Продолжай, – Реа смотрела в сторону.
— Это я. Я перебила всех, кто был в замке, сожгла замок. Я должна была убить и тебя. Но не смогла. А Ведьма ни о чём не спрашивала... только веселилась. Я принесла тебя в порт, велела отвезти подальше от Шеам. На другую сторону света. Парусник назывался «Тарин-Ран». Спустя несколько лет я снова встретила тебя в Тегароне. Через месяц после этого тебя удочерила баронесса Эврин ан эс Метуар эс ан Тегарон. Моя мама.
— Сядь рядом, – приказала Реа-Тарин. Её начала бить дрожь.
Тень послушно уселась.
— Как... как Миан смогла...
Тень посерела.
— Тигра. Не произноси её имя. Королева здорово придумала, что похоронила её, теперь Ведьме не покажется мало ни под солнцем, ни под луной. Но она всё слышит, она всё помнит. Когда-нибудь она проберётся за пределы графства. И начнёт заново.
— Как... что... – Реа-Тарин неожиданно упала на землю, лицом вниз, и заплакала. Тень молча сидела рядом, держа Тигрицу за руку.
Наконец, Реа поднялась с земли. Губы её подрагивали.
— Реа, – Тень произнесла тихо. – Она обожает бить по родственникам и друзьям. Наверняка уже думает, как бы извести Метуар под корень.
— Замолчи, – Реа смотрела на неё злобно.
— Не надо! Ты ненавидишь её. Ты лечишь её этим, Реа. Даёшь ей силы.
Тигрица резко ударила Тень ладонью по лицу.
— Заткнись, будь ты проклята!
— Прошу, выслушай ме...
Реа резко развернулась, «погладила» Тень по животу. Тень рухнула на спину, не издав ни звука.
Сумрак опустился и рассеялся. Губы Тени дрогнули.
Тигрица встала над ней, сжав зубы, приготовившись ударить ещё раз. Потянулась за кинжалом.
— У меня был младший брат, – произнесла она. – Грудная сестра. В замке гостили наши дальние родственники. Слуги... это были прекрасные, честные люди. Сейчас ты умрёшь за каждого, гадина. Умрёшь десятикратно. Ведьма ни при чём, ты могла отказаться. Могла умереть сама. Вставай!
— Ты милосерднее Ведьмы, – прошептала Тень, не открывая глаз. – Больно, но быстро. Да, я могла отказаться.
Она закашлялась. Медленно, шатаясь, поднялась. Взглянула Тигрице в глаза.
— У меня в замке оставалось две сестры. Больная мама – она всегда болеет осенью. Дед с бабкой, кое-кто ещё. Я всё равно убила бы твоих родичей, но вначале – своих. Медленно и жестоко. Давай, Реа. Я умру за своих. Долго и мучительно. Хотя бы по разу. Я заслужила.
Реа безвольно осела наземь. Бросила кинжал. Закрыла лицо руками.
Тень уселась рядом.
— Разве можно так? – спросила Тигрица горько. – Я... ладно. Остальные при чём? За что?
Тень подняла кинжал, повертела в руках.
— Тигра, она говорит во сне. Знаешь, что у неё на уме? Она перебьёт нас всех, сравняет с землёй города, где мы жили. Но Королева нужна ей живой. Только живой.
Тигрица не шевелилась.
— Я ей уже не нужна. Я должна была сжечь Университет, привезти ей Королеву и отправиться в Метуар. На последнюю встречу с семьёй. Очень трогательно. Но Королева проснулась... я увидела её. И поняла, что выбрала не ту сторону.
— Ты чудовище, Тень. Страшное, трусливое, коварное чудовище.
— Я не чудовище. Я Тень. Хочешь отомстить мне? Когда мы всё закончим, попроси Королеву избавиться от меня. Я расскажу, как убить меня навсегда. Прямо сейчас.
— Нет, Тень. Ты будешь жить. Ты будешь помнить всё, до последнего мгновения. А забудешь, я напомню.
Тень долго смотрела ей в глаза. Тигрицу, как и Хеваина, охватывало ощущение нереальности, до того Тень походила на Майтенаринн.
— Реа, я ведь не тронула тебя. Я спасла тебя тогда. Так кто из нас чудовище?
Реа отвела взгляд.
— Ты только что меня убила... это помогло? Хоть как-то? Если помогло – продолжай. Никто ничего не узнает, слово.
Тигрица подняла взгляд. Тень протягивала ей кинжал. Помедлив, Реа забрала его. Вложила в ножны.
Тень присела перед ней, протянула руку.
— Королева ждёт нас, Тигра. Давай поможем ей. Я к твоим услугам – в любое время.

- - -

Майтенаринн не без опаски подошла к дому. Восстановительные работы уже начались, но ей никто не запрещал ходить, куда вздумается. Все скрывали лица, склонялись, если могли – чтобы не оскорбить траур. Майтенаринн зашла в относительно неповреждённую часть дома. Охрана неслышно двигалась следом.
Пусто. На сей раз – пусто. Выветрилось.
Дверь в её комнату.
Май нашла силы войти.
Всё так же, немного больше пыли. Здесь тоже многое рассеялось. Что-то изменилось... что-то не так. Майтенаринн оглянулась. Увидела на пороге саму себя. Тень. Та отрицательно качала головой. Сделала жест – идём.
Майтенаринн повиновалась. Несколько охранников двигались за безмолвной Тенью. Та скользнула к комнатке под лестницей. Здесь уже не клубилось облако, кричащее «повинуйся!». Тень поднесла ладонь к стене...
Часть стены сдвинулась в сторону. Охрана жестами показала – мы первые. Тень не возражала. Указала ладонью – там, внизу.
Май осторожно спустилась вниз. Небольшая комната. Пахнет чем-то неприятным, затхлым.
Зеркала. Кругом. На каждом – трещина. Запах... очень тяжёлый. И эхо. То самое, вязкое, неприятное.
«Повинуйся»... – Миан.
«Да, Госпожа», – Ройсан.
«Приведи её. Приведи живой».
«Да, Госпожа».
«Приведи её в подземелье...»
И всё. Отсекло. Тень сделала знак... Май медленно оглянулась.
На зеркалах появлялись новые трещины. Одна поверх другой. Трещины множились... Охрана бросилась к Май, чтобы защитить её, прикрыть. Тень указывает – ничего страшного, смотрите.
Зеркала осыпались тончайшей пылью. За одним из них показалась дверь.
Тень показала туда, сделала знак – ребром ладони по горлу. Указала на Май, отрицательно покачала головой. Указала на охрану – нет, вас мало. Прижала палец к губам, медленно, оглядываясь, прошлась по комнате.
Подошла к Май, махнула в сторону лестницы наверх. Жалобно указала глазами – уйдём.
Май долго стояла у двери в стене. Оттуда веяло чем-то неприятным. Живым, дремлющим, враждебным. Нет. Не сегодня. Не сейчас.
Охрана долго запечатывала спуск вниз, в комнату, где были зеркала. Рабочие спешно покидали дом. Ещё бы – такой сюрприз в казавшемся безопасным месте.

Часть 3. Глава 3. Трое выживших | Ступени из пепла (оглавление) | Часть 3. Глава 5. Правила игры

комментарии поддерживаются сервисом Disqus

Комментарии

Комментарии поддерживаются системой Disqus
Rambler's Top100