Константин Бояндин - Шамтеран IV - Книга Снов (роман), глава 14

Константин Бояндин - Шамтеран IV - Книга Снов (роман), глава 14

Глава 13. На запах | Книга Снов (оглавление) | Глава 15. Директива номер один

14. Разбитое зеркало

Вантар-Лан, Вассео 4, 9:20

— Вот портрет, - штаб-квартиру перенесли в кинозал – по словам самой Вессен, чем меньше Сэнье и Крайен будут знать, тем спокойнее для них. И на этот раз никто не возражал. - Я буду использовать псевдоним «Незнакомка».
Вейс широко раскрыла глаза. На фото была изображена семья – мать с отцом, трое детей – один мальчик и две девочки. Вторая девочка слева – Незнакомка, те же серебристые волосы. Какой она была красивой даже в этом возрасте!
— Это тысяча сто девяносто девятый год, девяносто лет назад, - пояснила Вессен. - Имя дома я тоже не буду называть. Через два месяца после того, как был сделан снимок, началась война за спорные территории на Тирре. Местом военных действий оказались владения двух домов. Что интересно, представитель каждого дома оказался причастен к истории Команды. Это Незнакомка пять лет спустя, - Вессен дала другое фото и Вейс вздрогнула. Мира, сидевшая рядом сильнее сжала её руку.
На фото Незнакомка была в почти таком же белом нарядном костюме.
— Её с детства готовили в певицы и танцовщицы, - пояснила Вессен. - Колоратурное сопрано, диапазон – четыре с половиной октавы. Она – единственная выжившая из всего своего дома. Её взяли как военный трофей, вначале ради выкупа, но впоследствии – просто держали как рабыню, за её голос. У нас есть записи её выступлений. Ранних выступлений, там, где её «пси»-таланты ещё не проявились. Я могу включить их.
— Не надо, - попросила Вейс. - Не сейчас.
— На этом фото она уже освобождена, - продолжала Вессен, - её выкупил из рабства меценат из Тессегера, к тому времени Незнакомка сменила ещё двух хозяев и её здоровье было навсегда подорвано. По словам наших медиков, она уже не смогла бы иметь собственных детей и эндокринная система требовала постоянной медикаментозной поддержки.
— Что с ней случилось? - поинтересовалась Мира.
— Первый хозяин заставлял её натираться мазью с токсином из Nertifella Okasa, медуз тропической области южного полушария. Местные жители употребляют медуз как примитивное средство нормализации цикла. При постоянном приёме токсина человек принудительно вводится в устойчивую вступительную фазу, когда сильнее всего проявляется «второй голос».
— Сволочи, - прошипела Мира, осеклась. Она так интересно смущается, подумала Вейс. - Простите.
— Ей сделали восемнадцать косметических операций и полностью заменили зубы, своих целых у неё уже не было. Нет, их не выбивали – лицо никогда не трогали. Это последствия сбитого цикла, зубы быстро портятся.
— Досталось ей, - заметил Хорёк. - Неудивительно, что она так мстила. Что стало с тем меценатом?
— Он до сих пор жив, - пояснила Вессен. - Но удалился от мира и ни с кем не общается. По моим данным, он и его дом с тех пор процветают.
Мира хмыкнула, покачала головой.
— Умеет награждать, - заметила она. - Ты говорила, там погибло два дома. Кто вторая?
— Вот, - Вессен дала другое фото. Высокая, худощавая, неестественно бледная девушка с совершенно белыми волосами и красными глазами. - Альбинос. Теассевенн эр Эверан, прозвище – «Гадалка» Бежала с места военных действий, осела в Республике Альваретт, там же была принята в дом Эверан. В тысяча двести одиннадцатом году пропала на полгода без вести, когда вновь появилась – была на третьем месяце беременности, в помрачённом состоянии рассудка, полтора года провела в психиатрической лечебнице. Тёмная история, отцом ребёнка оказался младший сын тогдашней главы дома Рекенте. Погибла в тысяча двести четырнадцатом году при невыясненных обстоятельствах. По словам очевидцев, выпрыгнула из окна девятнадцатого этажа отеля.
Вейс поджала губы.
— Её дочь унаследовала владения бывшего дома матери, основала собственный дом при содействии Её Императорского Величества королевы Роан. Умерла от естественных причин двадцать три года назад, мать большого и счастливого семейства.
— Хоть кто-то счастлив, - буркнула Мира. - Они встречались с этой?
— Теассевенн пропала без вести примерно через четыре месяца после встречи с Незнакомкой, - пояснила Вессен. - Есть предположения, что они встречались и раньше, но это фото – единственное сохранившееся.
На фото проходила церемония открытия – ленточки, цветы и всё такое. Но особняк за спинами собравшихся – его открывали? - меньше всего походил на новое здание. Обшарпанный, ветхий, рассыпающийся. Обе девушки были в кадре – не общаются, но стоят поблизости.
— Это Дом Призраков, - пояснила Вессен. - Сомнительный аттракцион для любителей пугаться. Закрыт властями после нескольких несчастных случаев. У нас есть прямые доказательства, что Незнакомка использовала аттракцион для выявления людей со скрытыми «пси»-способностями. Впоследствии она их инициировала и подчиняла.
— Собирала армию, - предположила Мира.
— Точно так, - подтвердила Вессен. - На настоящий момент из той армии уцелело два человека, мы держим обоих под наблюдением.
Никто не задавал вопросов.
— Первый хозяин Незнакомки бесследно пропал через примерно семь лет после её освобождения. Тот дом в городе-призраке, который сегодня зачищала наша команда – тот самый город и тот самый дом. Нет сомнений, что хозяин был среди нежити, некробиотики.
— Его не жалко, - заметила Мира. - А остальных она – за компанию?
— За компанию, - согласилась Вессен. - Мы реконструируем сейчас внешний вид пострадавших по сохранившимся останкам. Долина стала пользоваться дурной славой сразу после гибели дома хозяина, но отчего-то власти не вмешались. Со временем поток искателей сокровищ прекратился и о долине попросту забыли. Почему мы не нашли её раньше – не понимаю, разбираемся.
— Она специально сдала нам это место, - с уверенностью заявила Мира. - Чтобы зубки показать.
— Я согласна, - подтвердила Вессен. - Не буду показывать, что мы там нашли. Это не для слабонервных, и это не то, что смотрят после завтрака. Минутку, - она поднесла ладонь к гарнитуре.
— Да, - кивнула она. - Да, давайте картинку.
— Команда спасателей нашла скрытую комнату, - пояснила Вессен. - Сейчас будет картинка.
Все посмотрели на экран – дальнюю стену. Возникло нечёткое, плывущее изображение.
— Там кто-то есть? - предположила Мира. - Смотрите, тени.
— Датчики движения ничего не регистрируют, - возразила Вессен. - В комнате «пчела», робот, туда никто не войдёт, пока не будет уверенности, что нет угрозы для жизни.
— Там точно кто-то есть! - Мира указала рукой. - Вон, тени! А что на стенах? Надписи?
Теперь Вейс смогла рассмотреть. Комната небольшая, каморка, без окон, естественно. Свёрнутый в рулон матрас, зеркало, обломки мебели и мусор на полу. И надписи – ими исписаны стены. Когда изображение в очередной раз стало чётким, это стало видно – кругом надписи. И они светились в полумраке.
— Что там написано? - поинтересовалась Мира.
— Оператор, ближе к стене, - распорядилась Вессен. - Дайте стоп-кадр.
Стоп-кадр. Часть стены и зеркала.
— О Великое Море! - прошептала Вейс. - Вы это видите?
Неровным почерком – похожим на детский – кругом было выведено, вновь и вновь, вкривь и вкось:
Я ВЕРНУСЬ Я ВЕРНУСЬ Я ВЕРНУСЬ Я ВЕРНУСЬ
— Ниже, смотрите! - указала Мира. - Справа внизу!
Я БУДУ ХОЗЯЙКОЙ
И чуть ниже -
СМЕРТЬ СМЕРТЬ СМЕРТЬ СМЕРТЬ
— У неё было плохо с головой, - заметила Мира. - Что там ещё? Весс, покажи в реальном времени.
— Стойте! - воскликнула Вейс. Схватила указку, направила яркое пятнышко света на экран. - Что это?!
Зеркало. Самый краешек. И там явственно отражается лапа – когтистая лапа, как будто слева и позади «пчелы» крупный зверь – медведь, например.
— Оператор, что в комнате?
— Не можем понять, - треск и шум помех. - «Пчела» вышла из строя, две следующие - тоже. Наши «пси»-эксперты утверждают, что комната небезопасна. Мы изолируем её, нам нужен эксперт от Оружейника и аппаратура. Пересылаю список.
— Летим вместе! - Мира подёргала Хорька за руку. - Весс, разреши! У меня иммунитет к такому! У нас с тобой! А у Стайена ба... - она проглотила слово, поправилась, - аппаратура. Разреши!
— Оператор, доставьте экипаж для Куницы и Оружейника в Тессегер-Лан, база два, - распорядилась Вессен. - Комнату изолировать до их прибытия, записи наблюдения – на анализ. Благодарю за работу!
— Служим Ордену, Госпожа Теней, - донёсся ответ. Никто не улыбнулся, не усмехнулся.
— Мира, - Вейс взяла её за обе руки. - Будьте осторожны! Пожалуйста! Она очень опасна!
— Я знаю, - Мира подмигнула. - Она мне уже вправила мозги. Мерзко, но вправила. Я теперь умная. Не бойтесь, мы постараемся вернуться к вашему дню рождения. Стайен, у тебя не найдётся запасного «леопарда»? Мой порвался, представляешь?

Вейс, Вантар-Лан, Вассео 4, 13:00

От Миры и Хорька долго не было вестей.
— С ними всё в порядке, - заверила Сэнье. Самая молчаливая из всех. И садовники, и Крайен словоохотливы, а из Сэнье слова лишнего не вытянуть. - Поверьте, теаренти, они очень осторожны, я знаю.
— Вейс, - Вейс прикрыла глаза, съела очередную «волшебную ягодку» - сердце пошаливало всё утро. - По имени, пожалуйста.
Сэнье поклонилась. Она похожа на хозяйку, подумала Вейс. Не удивлюсь, если родственница.
— Слушаюсь, Вейс. Может, вам прилечь?
— Разрешите мне, - Крайен пригладил усы, снял колпак. - Давайте выйдем в сад, Вейс. Подышим воздухом! У вас чудесный сад!
Вейс пригладила непослушную чёлку, улыбнулась, деревянными руками сняла фартук, Крайен принял его и протянул ей руку

* * *

— Я давно хотел поговорить с вами, Вейс, - они сидели на скамейке. - Вы мне не поверите, но я вас знаю почти тридцать лет. Да-да! И рад, что смог познакомиться не на выставке, и не на чужом празднике.
— Спасибо, - Вейс коротко поклонилась. - Мне уже намного лучше, а с вами особенно!
Крайен посмотрел в сторону. Он смущается, удивилась Вейс. Надо же!
— Я хотел поговорить, Вейс. Я уже немолод, своих детей как-то не получилось, а сделано много. Мне одному вскоре будет трудно справляться. Мне не хотелось бы, чтобы всё, что я успел сделать, перешло в чужие руки.
До Вейс не сразу дошло.
— Вы делаете мне предложение?! - поразилась она, поднявшись, и сразу же смутилась. - Простите! Я не могу! Это так...
— Неожиданно. Я понимаю. Вейс, я хочу, чтобы мои труды остались в надёжных руках. Сердце пошаливает, возраст всё-таки. Вы и ваша семья – очень приличные люди, а уж как вы готовите!
— Вы же меня совсем не знаете, - тихо произнесла Вейс. - Совсем-совсем!
— Я с вами знаком недолго, это верно, но ощущаю, что знаю всю жизнь.
— Я ужасно ворчливая! И могу наговорить лишнего! И болтаю, не заткнуть!
— Вейс, - Крайен осторожно сжал её ладони в своих ручищах. - У вас золотое сердце. А недостатки есть у всех. Для меня будет честью, если вы согласитесь.
Вейс закрыла глаза.
— Если вы захотите, в вашей жизни ничего не изменится. Кроме одного – мне будет приятно знать, что вы рядом и совсем не чужой человек.
— Я и так не чужой, - прошептала Вейс.
— Простите! - Крайен поднялся, поклонился. Сейчас Вейс это уже не казалось комичным. - Простите, если задел ваши чувства. Что бы ни случилось, мне приятно быть вашим гостем и я всегда буду рад видеть вас. Вас, ваших родственников и всех ваших друзей.
— Подождите, - Вейс чувствовала, как колотится сердце. - Дайте мне время! Это так неожиданно!
— Конечно, - Крайен протянул ей руку. - Столько, сколько хотите. - Поклонился и коснулся губами её запястья. - Я не буду больше говорить об этом, если вы сами не заговорите.
— Спасибо, - Вейс прикрыла глаза. - Спасибо вам, Крайен.

Лас

— Миан, - позвала она и прикусила язык. Но это не имя! Это просто прозвище! - Миан, ты где?
— За спиной, - отозвалась та. - Надумала?
— Присядь, - попросила Лас. Незнакомка щёлкнула пальцами, рядом со столом возник ещё один стул. Любит она эффекты, подумала Лас. Это может мне помочь. Страсть к эффектам.
Девушка улыбнулась.
— Хочешь поговорить? Без ругани, без крика? Что случилось, Лас?
— Я хочу погулять по своим снам, - Лас указала на Книгу Снов. - Дай и мне двое суток.
— Конечно, - Незнакомка пригладила волосы. - Всё честно. Когда ты поймёшь, что я не хочу делать вам больно? Мне это неприятно, Лас. Того уголовника я бы с удовольствием выпотрошила. Многих других тоже. Вас – могу, но будет противно. Тебе спасибо.
— Мне?!
— За то, что противно даже думать. Это ведь твоя работа.
— Я не смогу уговорить тебя не мстить никому?
— Не сможешь, - Незнакомка покачала головой, помрачнела. - Прости. Есть то, что я не прощаю.
— А уговорить тебя никогда не возвращаться в наши реальности?
— Тоже нет. Я не узница и не преступница!
Лас опустила взгляд, долго думала. Её собеседница терпеливо ждала.
— Ты можешь исполнить что-нибудь? Что-нибудь из того, что сама любишь? - Лас подняла взгляд.
Незнакомка улыбнулась, пригладила волосы.
— С удовольствием! Только давай перейдём в Театр, там удобнее.
— Я не строила никакого Театра!
— Ты не строила. Я построила. Я – это ты, забыла? Посмотри сама, страница девяносто три.
Лас бросилась к книге и... нашла страницу с Театром. Ничего себе!
— Идём, - предложила Незнакомка. - Там красиво. Тебе понравится.

Лас, Театр

Ей показалось, что она вернулась в старый Тессегер-Лан, в Дом Оперы. Но впечатление было обманчивым. Вероятно, это место было сущностью, квинтэссенцией всех знаменитых театров прошлого и настоящего. А город вокруг – просто часть декораций. Неведомо почему, Лас почувствовала себя здесь уютно. Как будто вернулась домой, по-настоящему.
Незнакомка шла рядом. Под зонтиком – моросило, и мокнуть не очень хотелось. Лас с удивлением обнаружила, что и у неё в руке зонтик. А где картина?!
Едва она подумала, как в другой руке возник рулон. Лас молча заткнула его за пояс. Говоря по совести, ходить с рулоном в руках неудобно.
— Здесь хорошо, - подумала Лас вслух. Незнакомка улыбнулась, но ничего не ответила. Они шли и шли, вокруг шли прохожие, проезжали автомобили. Всё абсолютно, совершенно реальное.
— Тебе туда, - указала Незнакомка. Лас посмотрела – главный вход. И множество народа, ажиотаж. - Билет должен быть у тебя в кармане.
Лас запустила руку в левый «карман» и, действительно, билет оказался там. Красивый, тяжёлый, с золотым тиснением. Любит она эффекты и пышность. Потому что столько лет жила хуже собаки, и ничего доброго не видела?
— Заходи, - посоветовала Незнакомка. - Начало через двадцать минут. Успеешь перекусить, ты же голодная?
Голодная – мягко сказано. В Долине роз никто никогда не страдал от голода и жажды, а тут Лас поняла, как много сил потрачено.
— Всё за счёт заведения, - Незнакомка прочитала следующие, очевидные мысли. - Просто покажи билет. Не скучай! - она помахала рукой и поспешила к другому, служебному входу.

Вейс, Вантар-Лан, Вассео 4, 13:30

— Вы сияете, - отметила Сэнье и смущённо улыбнулась. - Совсем не то, что было утром!
Вейс и сама ощущала прилив сил. Всё образуется, думала она. Лас, ты вернёшься, я знаю. Береги себя, и всё образуется! Мне нельзя падать духом... и Крайен, так неожиданно. Тесан постоянно спрашивала – бабушка, почему ты всё время одна? Дедушка, да пребудет под Светом, говорил тебе – не оставайся одна, будь счастлива, обещай мне! И ты обещала! И что? Да при чём тут няня, я же не об этом! Ты же понимаешь меня! Вот выдумала, старая она! Ты же выглядишь моложе меня! А я уже почти знаю, кого возьму в свою жизнь и когда!
Я соглашусь, подумала Вейс. Посмотрела в зеркало, улыбнулась своему отражению. Не сразу, так неприлично, мне уже не восемнадцать, и мой дом в большом почёте. Тесан права, я Лас уговаривала, долго уговаривала, а сама?
— Мне этот соус сразу понравился, - отметил Крайен - Расскажите, как вы его делаете! Ингредиенты я угадал, но вот у меня получилось не так вкусно.
Он лукавит. Получилось отменно! Не так, как у Вейс, но вкусно!
— Да ну вас, - Вейс засмеялась, махнула рукой. - Очень вкусно. Просто немножко по-другому. Всё готово, да? Я сейчас, только переоденусь!
Ей хотелось убежать вприпрыжку, но это было бы совсем неприлично.

Лас, Театр

Незнакомка и здесь оказалась права – всё за счёт заведения. Заведение в тот вечер изрядно потратилось на Лас, аппетит оказался зверский. Интересно, что сейчас делает Незнакомка? Что вообще она делала все эти года здесь, среди страниц Книги Снов?
Похоже было, что Лас определяла, когда именно начнётся выступление. Готовили изумительно, но убранство театра было таким, что хотелось ходить, и смотреть, смотреть... Лас и смотрела – фрески, картины, статуи. Подобраны со вкусом. Многие, она готова поспорить, есть на Сердце Мира, в тамошних музеях. У Незнакомки хороший вкус, это нужно признать.
У неё или у меня?
Мысль пришла в голову неожиданно. Лас, а что, если это ты сама, часть тебя стала ей? Что, если её на самом деле нет?
Лас потрясла головой, прогоняя неприятную мысль. Так это или не так, всё равно не проверить. Ей самой не проверить, ведь сейчас она внутри сна, а сомневаться в реальности не приходится.
Когда Лас направилась в зрительный зал, туда поспешили и остальные. И было остальных несколько тысяч.

Вейс, Вантар-Лан, Вассео 4, 13:40

Вейс переоделась быстро, но, когда вышла в коридор, ноги понесли её не направо, в сторону столовой – а налево.
Следующая дверь слева по коридору – апартаменты Лас. Замок узнал ладонь Вейс и отомкнулся с едва слышным щелчком. Лас сделала так, чтобы Вейс впускали без заминки.
Всё было, как всегда, как в том, далёком прошлом – у Лас всегда порядок. Не вылизанный до предела – нет, всегда есть чуточку беспорядка: что-нибудь немного не на месте, приоткрыта дверца шкафа, или игрушки валяются на полу. У Лас были свои игрушки – статуэтки. Она расставляла их по комнате и говорила с ними, когда знала, что её не слышат сёстры или мама. Вейс ей не мешала, потому что никогда над этим не смеялась, даже мысленно.
...Всё, как при Лас, только Лас куда-то делась. Тефан, верхняя часть, лежит на диване – небрежно брошена. Видимо, Лас в последний момент выбрала другой, с другим узором. Вейс опустилась на колени у дивана, подняла тефан, прижала ткань к лицу. Лас, аромат её волос... её «духи»... Лас, где ты? Возвращайся! А если я могу хоть чем-то помочь, скажи! Дай знак! Пожалуйста!
Зеркало – латунь, как в старину, когда стекла не знали. Отполированная, жёлтая поверхность. Помню, как и я, и внуки подшучивали над такими привычками Лас, а она никогда не обижалась, только делала вид.
Вейс вздрогнула. Она посмотрела в глаза отражению, и ей показалось, что до слуха донеслась музыка. Далёкая-далёкая.

Мира, Дом 7, заброшенный город, долина Фаранао, королевство Фаэр, 13:42

Инженер понравился Мире – чем-то похож на Хорька, когда тот делом занят. Когда Мира и Хорёк-старший вошли в кабинет, самое чистое помещение в доме, Инженер заканчивал снимать данные. Старое, потускневшее, но целое ещё зеркало. Чистильщики потрудились на славу – в соседней комнате не было уже ни смрада, ни грязи Правда, фрагменты скелетов тоже не наводили на благодушные мысли, но это хоть не так противно. Тем более, что девять из них уже успели «одеть», нарастили из пластика мягкие ткани и восстановили голову – внешний вид погибшего.
— Что скажете? - поинтересовалась Мира. Хорёк монтировал свою аппаратуру. Вначале – в комнату войдут другие роботы, Хорёк произведёт тщательный анализ, и только потом туда войдёт Мира, в защитном костюме и фильтрами для всех органов чувств.
— Есть признаки прохода, - Инженер молод, но, по словам Хорька, необычайно талантлив. И тайно влюблён в Лас-Таэнин, как вполголоса заметила Вессен. Но боится проявлять чувства. Это я и сама вижу, подумала Мира. - Параметры соединения будут часа через три, можно будет пробить проход туда, откуда они приходили.
— Здорово! - восхитилась Мира. В её время такое было только в теории, и никто не верил, что такие проходы могут быть. Никто, кроме Вессен, которая пользовалась ими сама. Не умела открывать, но пользовалась готовыми.
Инженер замер. Посмотрел на датчики – на крохотный экран на своём запястье.
— Вы тоже слышите? - поинтересовался он. - Подойдите к зеркалу на шаг. Слышите?
— Чтоб мне лопнуть! - Мира удивилась. Слышит – далёкую, очень далёкую музыку. Симфонический оркестр.
— Оператор, у нас необычные сигналы, - сообщил Инженер. - Ставлю запись. Нет, оснований для эвакуации нет, на датчиках ничего опасного. Это музыка,

Лас, Театр

Незнакомка вышла на сцену – её приветствовали аплодисментами – слишком долгими, на взгляд Лас, но, может быть, в этом мире она настолько знаменита?
Она узнала музыку. Сердце забилось сильнее, но не было страха. Музыку исполняли чуть-чуть не так, как в тот раз, но она не переставала быть волшебной.
Лас прикрыла глаза – и возникло ощущение, что музыка поднимает с собой – как волна прибоя – но не швыряет вниз, на камни и скалы, а мягко опускает. Вновь и вновь.
Из глубины седых веков
Бреду, неслышно и несмело
Не избежать твоих оков,
Твоих дорог, им нет предела...

Вейс

Вейс замерла. Музыка звучала так, словно в комнате включено радио – и не оторваться, и слёзы сами собой наворачивались на глаза.

Мира

Мира тоже включила запись. Музыка доносилась уже не просто отчётливо, но громко – хотя слышна была всего в шаге-другом от зеркала. И... стало грустно и одиноко, радость уходила из жизни. Мира опомнилась, включила фильтры, и тишина – точнее, искусственный фон, приятный для уха и разума – вытеснил пришедшую неизвестно откуда музыку. Но запись продолжалась.

Лас, Театр

Чувства приходили, как и музыка – волнами. Какой у неё голос! Необычайный, волшебный! Неужели и там, по ту сторону снов, у неё был твой голос?
Ты - только сон,
Мой сладкий сон.
Ты ускользаешь на рассвете...
Образы кружились в голове, посторонние мысли исчезли прочь – оставалась только музыка, да восхитительный голос Незнакомки, и древние, печальные строки, написанные тем, кто не верил в добро...
Вне расстояний,
Вне времён -
Капризный, своенравный ветер...
Печаль легла на сердце, но не была она беспросветной и жгучей – сквозь её покрывало не переставало светить Солнце.
Тобой полна, я разожгла
В себе безжалостное пламя -
И догорела в нём дотла
Надежда, призрачное знамя...
Ни единой фальшивой ноты, ничего, режущего слух – голос до взлетал птицей, то падал лавиной, и в нём сплавлялись чувства, и чувства были подлинными.
Я в безнадежности твоей
Мечусь испуганною птицей -
Среди людей,
Среди огней,
Среди всего, чему не сбыться...
...Лас заметила, что не у неё одной текут слёзы – но люди и не думали как-то скрывать их или стыдиться...
Мы в пустоте,
И я, и ты -
Средь суеты чужого пира...
Незнакомка подняла руки над головой, запрокинула голову – голос её, колдовской и сильный, приходил отовсюду – Лас не могла оторваться, отвлечься, огонёк надежды таял, таял, таял....
И все исполнятся мечты...
Она как будто очнулась от сладких грёз, выпрямилась, прижала ладони к груди...
Но - на руинах
Нашего мира...
Последние слова она произнесла тихо, почти что шёпотом, оркестр умолк -- и голос её был слышен всем и каждому.
И вновь грянула музыка, обрушилась волной, и голос Незнакомки вёл её, вплетался в её суть, наполнял собой и тоска, смертельная тоска уходила прочь, и взамен явилась надежда, и тепло, и свет...
Аплодисменты затопили зал – почти как музыка, которая только что звучала, они нарастали и нарастали. Все встали, Лас также поднялась. Что-то происходило с ней – внутри, где уже столько времени копилась та самая безнадежность, появилось что-то тёплое, согревающее, внушающее надежду.
Люди подбегали к сцене, протягивали Незнакомке букеты цветов – она принимала их с улыбкой, и кланялась в ответ. Лас не удивилась, обнаружив у себя в руке букет роз. Как и многие до неё, она направилась к сцене – и долго ждала там очень уж много поклонников мечтали подарить певице цветы.
Незнакомка приняла розы от Лас.
— Это было великолепно! - похвалила Лас искренне.
Незнакомка вновь поклонилась ей. Улыбнулась и протянула руку.
— Идём со мной, Лас. Не откажешься от чашечки чая?

Вейс, 14:20

Вейс словно проснулась. Песня до сих пор звучала в голове. Да такая красивая! Вейс посмотрела на часы и ужаснулась. Почти полчаса прошло с момента, как она пошла переодеваться! Вот копуша!
Вессен, Сэнье, садовники и Крайен были в столовой. Стояли у зеркала – также латунного – и словно ждали чего-то.
— Вы тоже слышали? - Вейс подбежала к ним. - Слышали эту песню, да?
— Невероятно, - Сэнье вытерла слёзы. - Как красиво и печально!
— Да, - на лице Вессен также был заметен налёт нереальности. - Осталось понять, что это было. Вы все слышали?
— Да, - Вейс указала. - Я была наверху, в комнате Лас. Там и слушала. Простите, что заставила вас ждать!
— Сэнье, - Крайен откашлялся. - Пора подавать на стол. Чудесная, чудесная песня!
— Смотрите! - Сэнье подошла к окну. - Буря идёт! Смотрите, какая чёрная туча!
— Я сейчас закрою окна, - Вейс побежала к лестнице. - Кареон, Неммер, закройте, пожалуйста, оранжереи! Красную кнопку внутри, потом чёрную снаружи! Поторопитесь, туча совсем близко!

Мира и Стайен

— Сообщили, что в трёхстах километрах формируется ураган, - Стайен управлял «пчелой», глядя на мониторы. - Формируется очень быстро. У меня нехорошее предчувствие по поводу этой песенки, Мира. Оператор, дайте прогноз погоды.
— Ураган движется на юг, если не изменит направления и скорости, войдёт в долину через два с половиной часа, - отозвался оператор. - Внимание всем группам, подготовиться к немедленной эвакуации, начать погрузку.
— Готова, Мира? - Стайен ещё раз осмотрел её. Вроде бы всё, как нужно. - У тебя полчаса. Если я вижу на мониторах что-то необычное, я тебя извлекаю.
— Готова, - Мира опустила щиток, «забрало», помотала головой, подняла и опустила руки. Всё нормально. - Открывайте проход.

* * *

Мира спустилась по двадцати пяти ступенькам. Комнатка – чулан, без окон, из убранства – только свёрнутый матрас в углу да обломки мебели. По словам Стайена, здесь был небольшой платяной шкаф, стол со стулом, и всё. Когда «узница» вела себя хорошо, с точки зрения её владельца, её переводили в верхние комнаты – они не сохранились, за почти сто прошедших дет некоторые комнаты на верхних этажах успели обратиться в руины, там уже нет ни личных вещей, ни эха. А сюда её приводили, если она вела себя не так хорошо. Лампа, колокольчик, зеркало – вот и всё, что было. Книг нет, игрушек нет. Кем нужно быть, чтобы так обращаться с людьми?
Мира видела всё сквозь оптические фильтры. «Пчёлы» давали искажённую картинку, но электромагнитные поля здесь в норме, аномалий нет. Вроде бы всё чисто. Источников света нет, надписи на стенах сделаны бытовым маркером, он слабо светится в ультрафиолетовой подсветке, поэтому зрителям казалось, что надписи светятся в темноте.
Почти везде одна и та же надпись, «я вернусь», иногда добавляется слово «смерть», есть ещё несколько надписей, в основном неразборчивых. Незнакомка проходила психиатрическое освидетельствование после того, как её выкупили, и была признана вменяемой, хотя ей и прописали курс лечения от истощения нервной системы. После конфликта на Тирре в законодательства и Империи Роан, и королевства Фаэр, и республики Тессегер были внесены изменения – так, чтобы подобных случаев, когда пленники обретали статус рабов, не могло быть никогда. И законопроекты встретили ощутимое сопротивление – что стало поводом долго обсуждать тему о несовершенстве законодательства и о пережитках древних времён, когда институт рабства существовал практически по всей планете.
Тебе не повезло, подумала Мира. Обошла комнату, несколько раз повернулась на месте, чтобы охватить камерами всю видимую область.
— Мира, - голос Стайена, - разверни матрас и посмотри, что под обломками мебели. Контейнер для образцов стоит за дверью.
Следующие десять минут Мира осторожно перетряхивала пыль да мусор и наполняла небольшими обломками и обрывками контейнер – потом изучат. Развернула матрас – он успел сгнить в труху, то есть не сгнить, конечно, просто пластиковая вата внутри спела рассыпаться в порошок.
Один трофей всё-таки был. Ночная рубашка, в хорошем состоянии. Операторы были в восторге и не скрывали этого. Мира вспорола матрас, ощущая себя грабителем могил, и вскоре комната оказалась почти пуста, контейнер – почти полон. Только зеркало в старинной деревянной раме, да гвоздь, на котором оно висит. Мира подошла к зеркалу – зеркало как зеркало, во всех диапазонах отражает нормально, никаких аномалий.
— Мира? - шёпот. Мира потрясла головой.
— Кто говорит?
— Мира, в комнате никого нет, - тут же отозвался Стайен. - Мы не зафиксировали никакого голоса. Приём.
— Оружейник, я слышала женский голос, сильные помехи.
— Мира, не суй нос куда не следует!
Мира повторила то, что услышала.
— Мира, зелёный код, немедленно возвращайся! Зелёный код, повтори!
— Зелёный код, - Мира нажала на сенсор, ощутила холодок в левом предплечье – туда сделан укол. Что за наваждение? Тени иммунны ко всем видам внушений, а тем более с фильтрами. - Есть зелёный код.
— Мира, подойди к зеркалу, - прошептали ей в уши. Тени заплясали вокруг – ещё и зрительные эффекты!
Мира ощутила, как её ноги, помимо воли, шагнули к зеркалу.
— Мира, назад! Мы извлекаем тебя, стой смирно!
— Посмотри в зеркало, - приказал голос. Мира зажмурилась. И ощутила, как опора исчезла из-под ног.

* * *

...Это был день рождения хозяина поместья. Гости, артисты, нанятые по всему свету – платил хозяин хорошо, недовольных не было.
Началось всё с трещин, на всех почти зеркалах. Слуги и охрана докладывали хозяину, что везде, кроме его кабинета, зеркала покрыты трещинами – словно в каждое швырнули камнем. Хозяин был в ярости, велел охране разобраться, ведь ясно, что кто-то из слуг, раз зеркало в кабинете уцелело. Где успели, повесили металлические, древние и давно вышедшие из моды, а запасных не оказалось – тоже были разбиты.
Веселье было в самом разгаре, когда отворилась дверь кабинета и оттуда вышла она. Мианнесит, «серебряный голос», семь лет назад попавшая в этот дом. Рабам платить не принято, но в данном случае делали исключение – пела не просто хорошо, а восхитительно, такой прекрасный голос – большая редкость. Хозяин, уже когда узнал, что его бывшая рабыня освободилась и официально подтвердила, что не имеет ни к кому претензий и мстить не собирается, пожалел о том, что не воспользовался её даром по уму. Но жалел недолго и вскоре выкинул историю из головы.
Охрана возникла у входа в зал, гости в изумлении смотрели на девушку -- и ослепительно красивую, и одетую так, как одеваются только очень состоятельные женщины. Вся в белом, расшитая золотом одежда, ослепительно-белые перчатки и шапочка с каменьями.
— Я пришла спеть для вас, - сообщила она. Хозяин, надо признаться, не сразу понял, как пришла. Потом подумал, что кто-то из родственников устроил сюрприз – сумел нанять эту красотку. Деньги, подумал хозяин. Деньги могут всё. Видимо, тебе хорошо заплатили, раз ты здесь. Я бы на твоём месте побоялся подходить сюда ближе, чем на милю.
Одобрительные возгласы были ей ответом. Даже охрана несколько расслабилась – им ещё предстоит отвечать, как они пропустили Миан в кабинет и кто помогал прятать её там.
— Пой, - разрешил бывший хозяин. - Тебе хорошо заплатят, если хорошо споёшь.

* * *

Мира обнаружила, что стоит у входа в зал – в зал, полный отвратительной слизи и костей, чистильщики работали здесь почти три часа всей бригадой без устали, чтобы обеззаразить и отсеять возможные трофеи. Но сейчас тут было застолье, и множество людей, и рядом с Мирой, в дверном проёме, стояла она. Ира протянула руку – это сон? – и рука не встретила ничего материального, прошла насквозь. Зато Мира всё слышала и видела. Ей показывают отрывок из прошлого?
— Оружейник, - позвала Мира. Нет ответа. Вообще нет сигнала рации. - Я вижу приём, это иллюзия, остаюсь у двери.
Ответа не было, да она его и не очень ждала.

* * *

Она запела. И пела так красиво, что все встали, потому что такое исполнение нужно слушать стоя. Стали все, кроме хозяина – тот ни за какие деньги не встал бы перед ней. Песня длилась, и длилась, и бурные аплодисменты были ответом. И гости начали бросать – деньги, и драгоценности – как бросали бы уличным певцам, и она собирала всё это, не побрезговала, и хозяин посмотрел на неё с презрением.
— Можешь идти, - разрешил он. - Или желаешь исполнить что-нибудь на бис?
Он не желал – желали гости. И она улыбнулась, и подняла руки над головой, и запела вновь.

* * *

У Миры перед глазами поплыли чёрные пятна. Что-то очень странное пела Незнакомка – настолько странное, что стал дурно, но ведь это же сон? Мираж? Или нет? Незнакомка пела, и люди в зале падали, один за другим, стекленели глаза – охранники попробовали выстрелить в неё, кто-то из них понял, что дело нечисто прежде, чем потерял способность двигаться – но оружие падало из их рук. Новые охранники вбегали в зал, и почти сразу же падали тоже. А она пела, и пела, и пела, и один только хозяин остался – широко раскрыв глаза, он сидел и смотрел, и слушал.
И песня, наконец, прекратилась.

* * *

— Ты можешь попросить прощения, - Незнакомка взмахнула рукой и все собранные ей деньги и прочее рассыпались вокруг с весёлым звоном. - На колени, и проси прощения, и я оставлю тебя в покое навсегда.
— Охрану ко мне! - рявкнул хозяин, схватил ближайший нож. - Сегодня я скормлю тебя свиньям, тварь. Прямо сейчас.
Незнакомка рассмеялась и хлопнула в ладоши.
— Твоя охрана служит мне, - пояснила она. - Что ж, пируйте. Пируйте! - крикнула она и гости начали подниматься на ноги. Хозяин посмотрел в глаза тому, кто сидел по левую руку, то был губернатор провинции – и в глазах высокого гостя плескалась ртуть, жидкий металл, и не было ничего человеческого.
Гости взяли в руки ножи и вилки. Охрана поднялась на ноги, стояла молча, глядя в пустоту.
— Пируйте, - приказала Незнакомка и хлопнула в ладоши. Посмотрела в глаза своему мучителю. - Вам никогда не насытиться, будьте вы все прокляты, навсегда.
Смеясь, она повернулась и вернулась в кабинет, и закрыла за собой дверь. А позади раздавался хруст, и чавканье, и истошные крики – крики, вскоре оборвавшиеся.

Мира

— Где я? - Мира обнаружила, что лежит, что вокруг – гул и полумрак. Стайен сидит рядом. Я в вертолёте, подумала она.
— В безопасности, - Хорёк взял её за руку. - Ты заставила нас поволноваться. Можешь пошевелить руками и ногами?
— Вроде да, - Мира уселась, Хорёк поддержал её. - В голове малость сыро, а так всё в порядке. Что там случилось?
— Ты разбила зеркало, - пояснил он. - И вышла наверх, в тот зал. Мы готовы были тебя схватить, но на твоих камерах был сигнал, и такого ещё никто не видел. Мониторы показывали, что ты бодрствуешь и не под принуждением. Потом ты свалилась, и всё на этом.
— Я видела...
— Потом, - Хорёк уложил её на спину. - Полежи, ты быстро пришла в себя, но лучше ещё полежать. Всё потом. У нас есть записи, кое-что и мы видели. Всё потом, Мира.
Она улыбнулась ему, крепче сжала руку и закрыла глаза.

Лас

— Что это? - Лас подняла взгляд. - Буря?
— Буря, - подтвердила Незнакомка. - После этой песни всегда приходит буря, я привыкла. Мне она очень нравится. А тебе?
— Очень, - признала Лас. Несмотря на неприятные воспоминания, песня оставалась красивой. - Почему именно она?
— Не знаю, - Незнакомка потёрла лоб. - Я правда не знаю. Ты ведь узнаёшь эту комнату?
Конечно, такое не забудешь. Та комната, в которой Лас, в другое время и в другом месте в последний раз видела Миан живой.
— Я тоже долго думала, Лас, - Незнакомка хлопнула в ладоши и вошёл лакей с подносом. - Здесь ничего опасного, - пояснила она. - Никаких добавок, всё честно. Просто чай.
Лас кивнула.
— Я думала, и поняла, что есть только один способ заставить тебя использовать силу картины, - Незнакомка придвинулась ближе. - Ты поняла уже, какой. Мне это будет очень неприятно, не знаю, сумею ли пойти на это. Но я хочу жить, Лас!
— Живи в Книге Снов, - Лас взяла чашечку. - Мы всегда сможем договориться, построить тебе другие миры. На твой вкус.
— А когда ты умрёшь? - Незнакомка посмотрела ей в глаза. - Ты ведь не вечна, ты знаешь? Что станет со мной, когда тебя не станет?
Лас пожала плечами.
— Ты не видела, что случается с твоими снами, когда ты уходишь?
Лас отрицательно покачала головой. А что с ними может случиться?
— Там пропадает всё. Там становится пусто и страшно, пока ты снова не возвращаешься. Ты не знала? Теперь знаешь. Лас, я не хочу исчезать, не хочу сидеть остаток дней в пустыне, без солнца, тепла и воды. Но умирать я тоже не хочу.
— Что ты предлагаешь? - поинтересовалась Лас.
— Игру. Нет, не ту, - улыбнулась Незнакомка. - Когда истекут два дня, я начну искать, кто помнит меня и знает моё имя. Если я найду раньше, чем ты придумаешь, как освободиться, ты отпустишь меня. Всего одно желание, Лас, и не для себя. Картина ничего тебе не сделает.
— Откуда ты можешь знать?
— Вессен часто говорила сама с собой. О картине, у зеркала. Кто знает о картине больше нас с тобой?
Лас смотрела на Незнакомку, и не чувствовала фальши.
— Лас, принимай решение, - Незнакомка постучала по крышке стола. - Неужели я должна сто раз повторять, что мне будет противно мучить твоих друзей?
— Хорошо, - Лас посмотрела ей в глаза.- Но играем честно. Не подсматриваем, не жульничаем.
— Честно, - Незнакомка кивнула. - Если я проиграю, я останусь в твоих снах. Я не буду изображать те голоса. Избавлю тебя от них, как обещала. И я не буду мстить, если проиграю, клянусь.
— Хорошо. Время пошло? - Лас поднялась на ноги. - Тогда я не хочу говорить тебе, куда пойду, пока идёт игра.
— Хорошо, пусть так, - Незнакомка тоже встала. - Лас, можно попросить тебя?
Лас вопросительно посмотрела ей в глаза.
— Погладь меня по голове.
Лас не сумела скрыть изумления, чуть тронутого отвращением.
— Неужели это так много? Я не Вейс, хотя я близка к тебе, как никто другой. Просто погладь меня, один раз. Со мной такого никогда не было. И с ней не было, ты же знаешь, она никого к себе не подпускала. Если ты в самом деле меня простила, ты сможешь. Только раз!
Лас смотрела в её глаза, не двигаясь, не выражая никаких чувств.
— Я не узнаю твои тайные мысли, - Незнакомка сняла шапочку, тряхнула головой, её серебристые волосы упали за спину. - Для этого мне нужно взять тебя за руку. Лас! Одна только просьба!
Лас обошла стол, медленно приблизилась к Незнакомке. Остановилась в двух шагах, глядя ей в глаза.
— Я – это ты, - девушка в белом закрыла глаза. - Но с тобой это уже было, и тебя любили, а со мной – нет. Попробуй хотя бы минуту не думать обо мне плохо.
Лас осторожно обняла её, прижала к себе. Живой человек, ощутила она, и несчастный. Но всё равно чувствуется скрытая злость, и жажда мести... нет. Не сейчас, Лас. Не думай плохо. Лас прикоснулась к голове Незнакомки, пригладила её волосы. Девушка вздрогнула, обхватила Лас сильнее. Лас осторожно запустила руку под её волосы, погладила Незнакомку по затылку. Жар... Незнакомку почти сразу бросило в жар.
— М-м-м, - она не сразу отпустила Лас. - Как это приятно... - она отодвинулась, глядя Лас в лицо. - Спасибо. Иди, Лас. Пожалуйста, оставь меня, пока у меня есть силы держать себя в руках.
...Снаружи ярилась гроза, и хлестал ливень, и на улицах никого не было. Лас бежала, не обращая внимания на дождь – туда, где стол с Книгой. Прочь отсюда. Быстрее!
Ей казалось, что прошлое гонится за ней по пятам.

Глава 13. На запах | Книга Снов (оглавление) | Глава 15. Директива номер один

комментарии поддерживаются сервисом Disqus

Комментарии

Комментарии поддерживаются системой Disqus
Rambler's Top100